Я наблюдала, с каким волнением он говорил это, но в то же время абсолютно открыто и серьезно.
– Если ты только готова остаться со мной, я сделаю все, чтобы быть здесь. Но я не хочу, чтобы ты думала, что я тебя заставляю. Я смогу понять, если тебе не нужен инвалид, который вероятно этот месяц и ходить нормально не сможет, а в дальнейшем возможно будет с хромотой, – не успел он договорить, как я прикрыла его рот пальцами и покачала головой.
– Помнишь, как мама отрезала мне уродливую челку в третьем классе? А ты сказал, что она тебе и такой нравится. Или же тот случай с велосипедом в средней школе, когда я едва не осталась со шрамом от уха до подбородка? Что ты мне сказал, Эйдан?
Он сжал челюсть и нахмурено уставился на меня. А я тем временем придвинулась к нему ближе.
– Ты сказал, что от этого шрама я бы не перестала улыбаться шире и не выглядела, как Джокер, – он усмехнулся. – И еще ты сказал, что будешь возить меня в школу на своем, чтобы я больше не поранилась, – мои глаза отчего-то покраснели.
Его руки привлекли меня к себе.
– Почему ты думаешь, что я могла бы отказаться от тебя? Мне очень больно от того, что ты считаешь, что я могла бы так поступить. Я бы ни за что не поступила так. Теперь никогда, – я покачала головой, чувствуя скопившиеся слезы, заставляющие меня смотреть сквозь пелену.
Эйдан пытался присесть, сквозь боль, стискивая воздух сквозь зубы.
– Я знаю, но лишь хочу, чтобы у тебя был выбор. И ты не думала, что обязана мне теперь чем-то.
– Я давно уже выбрала, – твердо ответила я. – Куда ты, туда и я.
Его взгляд серьезно уставился на меня, рукой поглаживая мою щеку.
– Все еще не могу осознать, может я в кому впал и это мне все чудиться, – усомнился он. – Не могу поверить, что ты моя, Смит.
– Держи доказательства, – я потянулась к нему, и накрыла губы поцелуем. Он, прикрыв глаза с нескрываемым наслаждением, притянул меня. Я стояла над кроватью и старалась не задеть его ногу, пока парень руками удерживал мое тело, чтобы мне было комфортнее.
Любимые губы накрывали меня вновь и вновь, заставляя ощутить всю силу нахлынувших чувств, что и не собирались нас отпускать.
Первые лучи подкрадываясь, заглянули в окно и просочились по полу, откидывая свои теплые тени. Пока мы, как два не насытившихся подростка не переставали целоваться.
Я отстранилась от него лишь на секунду, услышав, как по коридору приближаются шаги. И кажется Эйдану было абсолютно все равно, потому что он так и не расслабил пальцы на моей пояснице.
– Доктор, это слишком маленькая доза лекарства, вам не кажется? – спросил он, насмехаясь, прямо в губы.
– Да, думаю стоит увеличить, – всерьез ответила я. – Я люблю тебя.
Что для меня значит Милли Смит? Девчонка с соседнего дома. Заноза в моей заднице, что вечно устраивала проблемы, как считал я, будучи еще ребенком. Но черт, какие же они всегда были веселые. Будь то, тарелка с кетчупом на моих белых штанах, или же то, как она в младших классах отпугнула от меня Тори Донован сказав, что в кармане я всегда ношу парочку тараканов, а дома у меня и вовсе террариум с насекомыми, которых та до жути боялась. Тогда я и начал подозревать, что эта девчонка не ровно ко мне дышит. Но как выяснилось позже, она скорее лишь испытывала неприязнь к Тори.
Не знаю, когда я понял, что влюблен в Милли. Пожалуй, это случилось, когда она посмеялась, или, как-то посмотрела на меня, ну как это обычно бывает в этих банальных фильмах о любви. Но нет.
Мне кажется я любил её всегда. Сначала, как друга, а потом… а потом она расцвела словно цветок, да именно так я и подумал, когда заметил, как на неё стали смотреть парни. Когда она надевала эти проклятые клетчатые юбки и подпрыгивая от радости бежала ко мне, желая рассказать о том, что с ней произошло. Я улавливал посторонние взгляды.
Одновременно я был ей лучшим другом, что косо смотрел на тех, кто был её обидчиком. А особенно Майк Честер, который был полным идиотом, что пользовался спросом у девчонок. Мы были в одной команде по баскетболу. И порой казалось, что его хвастовству, что он лучший форвард нет предела.
Я был атакующим защитником, и Милли часто приходила на игру, где собственно познакомилась с Майком, что, увидев её тут же начал применять своё обаяние во всеоружии. Но Милли лишь усмехнулась его напору и до сих пор помню, как она перевела на меня свой испытывающий взгляд, махнув головой в знак того, что она не пропустила игру и больше не обращала внимания на него.
Я знал, что он ей вовсе не интересен. У этого парня совсем не было тех качеств, которые Милли бы заинтересовали. И как она часто говорила: ей вовсе не нужен был парень. Ей нужен был я. И только, как друг.
