Я назвала это «Проект Эйр» в честь богини исцеления Валькирии. Эйр была крутым воином, как и я, но я бы солгала, если бы не упомянула, что это также заставляло думать о Линкольне и о времени, которое мы провели вместе. Острота всё ещё появлялась в моей груди каждый раз, когда я думала о нем.
Я чувствовал себя чертовым идиотом.
Последние несколько недель я делал все, что мог, чтобы спасти свои отношения. Я проводил больше времени с Финном и моей мамой, Деком и Колином и мистером Бэйли. Я перестал закрываться, несмотря на неприятное чувство, которое иногда расцветало в моей груди.
Я знал, что должен стать лучше для себя, для них и для Джоанны. Возможно, она никогда не простит меня за то, что я оттолкнул её — наказал её за мои собственные страхи, — но пока я не стал достойным, я был полон решимости работать над собой.
Я чертовски гордился ею. Слухи о «Проекте Эйр» быстро распространились по округу, и шумиха в нашем сообществе наполнилась гордостью за нашу девочку. Как только я услышал, что она планирует большое мероприятие, я понял, что пора.
Выдохнув, я набрал номер.
— Привет?
— Привет, это Хани?
— Ну, святое дерьмо.
— Привет, Хани, это Линкольн.
— О, я знаю, кто ты, — что ж, она не уступала мне ни на дюйм.
Она еще не повесила трубку, поэтому я продолжил:
— Мне нужна твоя помощь.
— Что, черт возьми, заставляет тебя думать, что я стану помогать тебе? — мне пришлось улыбнуться преданности Хани своей сестре. Мне нравилось знать, что у Джоанны есть кто-то, кто присматривает за ней.
— Мне нужно увидеть её, — начал я. — Более того, мне нужно компенсировать все, через что я заставил её пройти, то, что я сказал ей.
— Ты оттолкнул её, Линкольн. Ей нелегко быть уязвимой, и в ту секунду, когда она стала такой, ты уничтожил её.
— Знаю. Я думал, что защищаю её, — мой голос был насыщен эмоциями.
— Защищаешь её от чего?! — её голос повысился.
— Я уже даже не знаю. Может, от себя самого? Я знаю, что она заслуживает гораздо большего, чем я, но будь я проклят, если мое место займет другой мудак. Мне нужно показать ей, что это всегда была она, — я выдохнул. Говорить все это вслух было нелегко, и у меня внутри все болело.
Голос Хани смягчился после моего признания, но ее слова были словно кинжалы:
— Что ж, тебе лучше снова не облажаться, или твоя голова будет на блюдечке.
— Я сделала всё, что могла, Джо. Место забронировано, — строгий голос Хани в телефоне заставил меня содрогнуться.
За три дня до того, как должен был состояться главный запуск «Проекта Эйр», она позвонила мне и сообщила, что забронированный нами домик внезапно стал недоступен.
— Как это вообще возможно? — я пыталась скрыть свою досаду на сестру, ведь она работала бесплатно.
— Они сказали, что было двойное бронирование. Бывает, — любопытная трель в ее голосе заставила меня прищуриться.
— Хани, у меня шестьдесят человек, которые рассчитывают в течение дня порыбачить с нами, поесть… Что, черт возьми, мне делать?!
— Слушай. Я позабочусь об этом. Я сделала несколько звонков, и есть еще одно идеальное место, но ты должна мне довериться, — на этом она повесила трубку.
Меня охватила паника. Я слишком хорошо знала округ. У меня было ощущение, что ферма мистера Бейли была
Я все еще чувствовала острую боль под ребрами каждый раз, когда думала о его мускулистых руках, обхватывающих меня и прижимающих к себе. Я скучала по его запаху. Я скучала по тому, как приподнимались его губы, когда я дразнила его, а он старался не смеяться. Позволив себе редкий момент слабости, я откинула голову на подушку. Я закрыла глаза и провела кончиками пальцев по губам, представляя, как поцелуй Линкольна задерживается на мне.
· · • ✶ • • • · ·
— Это определенно нечто, девчонка, — мистер Бейли стоял на краю крыльца, качая головой при виде легковых автомобилей и внедорожников, выстроившихся вдоль его посыпанной гравием подъездной дорожки.
— Я действительно не знаю, как вас отблагодарить.
Он косо посмотрел на меня, но я уловила в его взгляде искорку, когда он подмигнул и отвернулся, чтобы пройти внутрь Большого Дома. Я знала, что этот суровый мужчина был зефиркой внутри.
Я посмотрела на Большой Дом. У него были новые черные ставни, и кто-то отшлифовал облупившуюся краску, подготовив ее к новому слою. Забота и любовь шли на восстановление некогда прекрасного дома. Я позволила волне печали охватить меня, а затем попыталась заменить ее радостью от осознания того, что о доме мистера Бейли заботятся.
Я постучала большим пальцем по бедру, изо всех сил стараясь израсходовать нервную энергию, излучавшуюся во мне, пока я ждала начала нашего мероприятия. Мои щеки болели от искусственной улыбки.
