Я с трудом могу следить за происходящим. Слишком много взглядов устремлены на меня. Я всегда ненавидел, когда на меня смотрят, но сегодня – самый худший день. Давление мешает мне думать. Видимо, сегодня мозг решил отказать и посмеяться надо мной. Какой удачный момент!
Я особо не разглядывал зал, но я уверен, Елены там нет.
Я слышу, как судья обращается ко мне, но не в силах поднять голову. Не хочу видеть, как все эти люди глазеют на меня, словно я настоящий преступник. В зале наступает тяжелая тишина. Затем судья произносит:
– Мистер Вегас, можете пригласить первого свидетеля.
Мне нужно перевести дух и успокоить бешеное сердце. Слышен шум, шепот и вдруг:
– Миссис Солис, проходите, пожалуйста!
Я поднимаю глаза и вижу, как она проходит по залу. На ней черное платье, словно она в трауре. Она похудела и плохо выглядит. Наши взгляды встречаются. В ее глазах я вижу тонну боли, извинений, но и уверенность тоже. Она усаживается на скамью рядом с судьей и клянется на Библии говорить только правду.
– Дамы и господа присяжные, – начинает мой адвокат, – в этом деле, мне кажется, самое важное – рассказать вам о личности мистера Доу. С самого раннего детства и вплоть до происшествия, из-за которого мы все сегодня собрались, жизнь его не щадила. Он признает себя виновным в том, что нанес побои Джейсону Дэшу, Оливеру Ванхагену, Джеймсу Терну, Тиму Ригсу и Софи Вуд, но вы должны понять, какие обстоятельства привели его к необходимости применить такое насилие. И эти обстоятельства имеют свой источник в прошлом этого молодого человека. Миссис Натали Солис, социальный ассистент Тигана, лучше всех сможет рассказать вам об обвиняемом.
Он делает небольшую паузу, а затем поворачивается к маме.
– Миссис Солис, сколько лет было Тигану, когда вы впервые встретились?
Солис делает глубокий вдох и выпрямляет спину.
– Ему было пять лет.
– При каких обстоятельствах это произошло? – продолжает Вегас.
– Я социальный ассистент. Тиган тогда жил в приюте, я планово посещала такие заведения. И вот тогда я обнаружила, как его там содержали. Когда я вошла в здание, он стоял лицом к стене, и какой-то мужчина держал его за шею.
– Прошу прощения?
– Это было такое наказание. Упомянутый человек бил его лицом о стену. Тиган был весь в крови, он кричал и никак не мог высвободиться.
По залу пробегает волна возмущения. Я закрываю глаза.
– И что вы сделали?
– Я встала на его защиту. Мужчина ударил и меня, но мне все же удалось забрать мальчика из приюта и отвезти его в больницу.
Тишина.
– Согласно медицинскому отчету, Тигану Доу в тот день наложили восемь швов, – сообщает адвокат напрямую присяжным. – Миссис Солис, расскажите, пожалуйста, что произошло, когда Тигану было одиннадцать лет. То событие стало ключевым в жизни мистера Доу.
– Тигана отдали в приемную семью…
Она вдруг замолкает и бросает на меня взгляд, полный горя. Я отворачиваюсь, мне слишком тяжело смотреть на то, что она до сих пор винит себя.
– Продолжайте, миссис Солис, – вмешивается судья.
– Глава семьи избивал жену и детей и, в конце концов, убил всех монтировкой. Тиган при этом присутствовал, ему удалось сбежать через окно. Он долго скитался на улице. Через месяц я нашла его в больнице.
– Какие последствия все это имело для мальчика?
– У него была сломана нога, и он не разговаривал. Из-за душевной травмы он стал немым.
– Значит, теперь Тиган Доу не может разговаривать из-за той психологической травмы, так, миссис Солис?
– Да, об этом говорится в отчете психолога.
– Тиган еще подвергался какому-либо насилию?
– Да, в возрасте тринадцати лет его отправили в исправительный центр. И там работал мистер Горский, тот самый, что мучил его в приюте. Однажды Тиган сбежал оттуда и пришел ко мне. Он ничего не рассказал, но я увидела его рисунки, они были красноречивее слов.
– Прошу представить на рассмотрение присяжных доказательства 3Б, 3Д и 3Ц, – произносит адвокат. – Речь идет о рисунках, которые миссис Солис сохранила. На них ясно видно, что Антон Горский делал с Тиганом Доу. На Антона Горского была подана жалоба, и теперь он отбывает наказание на острове Райкерс за насилие при отягчающих обстоятельствах.
Женщины-присяжные от ужаса прикрывают рты руками, остальные отводят взгляды.
– Будь вы на месте моего клиента, вы бы не сбежали? – адвокат оглядывает присяжных по очереди. – Подводя итог, можно сказать, что в возрасте между пятью и тринадцатью годами, помимо постоянных переездов из приюта в приемные семьи, мой клиент множество раз становился жертвой насилия. Как можно упрекать молодого человека в том, что он защищает себя единственным знакомым ему способом – дракой? Тиган Доу не жесток по своей природе, он вел себя жестоко из необходимости. Он не опасен для общества. Я закончил, Ваша честь, – заключает адвокат.
Через мгновение перед мамой уже стоит прокурор с надменным лицом.