А потом они вдруг решили перейти на незнакомый мне язык обмена любезностями. И то, что вырывалось изо рта то у одного и из пасти другого, иначе, как звериным рычанием с утробным хрипом хрен назовёшь. Но самым сложным во всём этом безумном хаосе оказалось само восприятие. Мой разум никак не хотел соглашаться с тем фактом, что под бронёй обоих чудовищ скрывались Астон и Самойлов, отсюда и последовавшее затруднение с выбором соучастия.
Честно говоря, в последующие минуты, которые превратились для меня в адскую вечность, я больше беспокоилась за собственную жизнь, ибо то, что устроили эти двое, имело вполне одно конкретное название – пришедший на Землю Армагеддон. Им и огнестрельного крупнокалиберного оружия не потребовалось, чтобы разнести ко всем собачьим чертям меньше, чем за пару минут почти половину Палатиума. Господи, как же тогда выглядели их боевые схватки во время военных компаний на их Цессере?
И, кажется, до меня дошло, кем мог быть Самойлов. Скорей всего урайцем, о которых Адарт рассказывал мне вскользь прошлым утром в Париже. И что же это тогда получается? Выходит, цессерийцы не одни, кто прикидывается среди нас землян обычными людьми и мечтает захватить власть на нашей планете?
Правда, мне сейчас было совершенно не до анализа собственных выводов о происходящем, поскольку Адарт только что впечатал Уль-Раха в стену над камином и та, с оглушающим грохотом треснув, затряслась вместе с потолком и полом, частично разваливаясь на каменные куски и выбившиеся, как при взрыве, клубы густой пыли. Вот тогда я увидела, для чего урайцам дополнительные конечности-крылья – они их использовали вместо рук и щитов. Одной парой прикрывали себя либо спереди, либо со спины, а другой атаковали противника, когда не могли ничего сделать занятыми руками. Зрелище то ещё, а в столь впечатляющих масштабах – так и подавно.
И-таки оттолкнуть и хорошенько вмазать Адарту Самойлов как-то да сумел, вложив для этого все свои внеземные силы. По крайней мере, со стороны это выглядело именно так. После чего Астон грохнулся спиной на паркет, проделав в полу внушительную вмятину и озверев от этого ещё больше. То, что я при этом дико завизжала, интуитивно отползая подальше от их разборок к торцевой стене, никем, естественно, из этой обезумевшей парочки замечено не было. Я сама себя не услышала в таком-то оглушающем шуме, сравнимом разве что взрывами бомб и огневых снарядов. А орала я будь-будь, практически до срыва голосовых связок. При чём постоянно и почти без перерыва. И уши затыкала, прикрывая голову руками, особенно после того, как Уль-Рах набросился сверху на Адарта, а тот его каким-то невообразимым манёвром перехватил прямо в прыжке и… протаранил его телом потолок. На этот раз сверху посыпались не только камни, но и висевшая до этого хрустальная люстра огромных размеров. От поднявшегося столпа пыли вперемешку со звоном и сумасшедшим грохотом пришлось зажмуриться и уткнуться лицом в коленки. Избежать надрывного кашля тоже не удалось. Пыль лезла со всех сторон, в уши, нос, глаза и сыпалась на голову обильным пеплом, пока Адарт и Уль-Рах продолжали её выбивать с верхних этажей своей эпичной схваткой двух инопланетных самцов. И это ещё до меня не успело дойти, что устроенная ими заварушка происходила из-за МЕНЯ!
Сотрясали они стены будь-будь как сильно. Порой даже хотелось за что-нибудь ухватиться, так как ощущение, что пол подо мной вот-вот провалится и я вместе с ним, постоянно усиливалось с каждой пройденной секундой и очередным взрывным ударом. Хотя продолжалось данное безобразие, слава богу, не так уж и долго. В какой-то момент за новым сотрясающим грохотом неожиданно всё вдруг резко стихло, если не считать приглушённого шума от падающих осколков стен, стекла и массивных предметов мебели. Я даже рискнула приподнять голову и посмотреть в зияющую дыромаху на потолке. Сердце при этом в груди наяривало, как моторчик детской игрушки, правда более мощный и осязаемый, от ударов которого колотило не меньше, чем от ходящего ходуном Палатиума. Так что трясло меня к тому моменту на грани полуобморочного состояния, а от мысли, что Астону за это время могли свернуть голову, едва не выворачивало подступившей к горлу тошнотой и бесконтрольной истерикой.
Длилось это мнимое затишье совсем недолго. Вначале моё боковое зрение уловило размытое движение со стороны окон, а уже сразу вслед за этим раздался очередной взрыв, выбивший на этот раз сразу два окна и небольшой между ними пролёт стены. Я снова завопила во всю глотку и снова себя не услышала. Хотя, не исключено, что голос-таки я себе сорвала, до сих пор не имея никакого понятия, что мне делать и как остановить эту чёртову парочку.
Но, похоже, они и без меня справлялись неплохо. А подлезть под их тушки в надежде докричаться хоть до кого-нибудь из этой одуревшей парочки – всё равно что броситься под товарный поезд.
