— Пасть прикрой! — рявкнул на него Хольм, как на своего дружинника. — Я же первым успею!
И повел уже наложенной на свой лук стрелой.
— Ну! — продолжил он в полный голос. — Ты ведь и сам это знаешь, да?! Я успею первым! Как в Волчьем городе! Как успел бы Эрлис, если бы ты дал ему повернуться лицом! Так что прикрой пасть и слушай! Это ты убил своего двоюродного брата и пытался убить сестру, а потом свалить ее смерть на меня. Ты украл у нее зверя, потому что сам — неполноценный! Не только твоя мать сведуща в храмовых тайнах, есть и другие жрицы, которые смогут распознать колдовство на сережках Лестаны и подтвердить мои слова. Сережки ведь ты давно не проверял, да? — В глазах Ивара зеленым льдом стыл ужас, и Хольм горько усмехнулся. Вот это ничтожество едва не погубило Лестану, да и всю семью Рассимора! — И кстати, — добавил он. — Если я не вернусь с этой охоты, за дело возьмется мой брат. Волкам рот не заткнешь. И тогда не только ваш Совет, а на каждой площади Арзина узнают обо всем! Никогда не отмоешься!
— Ты… ничего… не докажешь… — мучительно прошелестел Ивар.
— Еще как докажу! — возразил Хольм. — Говорю же, ваш трюк с сережками Лестаны давно раскрыт, и сами сережки у меня в надежном месте. А что до остального… Да вот хотя бы они все будут свидетелями! — указал он небрежным кивком на Котов. — Они, конечно, должны тебя слушаться, но вот уважать… Придется тебе, котик, либо убивать эту охрану и набирать другую, либо терпеть их и знать, что они тоже все про тебя знают. Кстати, а Гваэлиса ты куда денешь? Это же он изображал тебя в твоей комнате, пока ты убивал Эрлиса в лесу. Я все понять не мог… А это же просто! Вы, Рыси, полагаетесь на слух, как мы на нюх. Но издалека ни то, ни другое не работает. А глаза обмануть легче легкого! Твоя рубашка, твоя прическа… Только он чуть ниже, но за окном второго этажа этого не видно! Ни запаха, ни голоса не различить! Да что там, я сам обманулся, когда он вместо тебя на площади обнимал Ингрид. Вы решили, что если один раз это получилось, то и снова сойдет! Он стоял спиной ко всем, а приметными рубашками вы поменялись. И даже я увидел тебя, а не его! Одного не понимаю, что ты теперь собирался делать без собственного зверя? Как жить дальше и еще Арзином править? У тебя же нет Рыси! И даже украденного у Лестаны зверя ты потерял!
— Много болтаешь, Волк, — холодным звенящим голосом уронил Кот, но не Ивар, а Гваэлис. — Ну, понял ты все — и что? Легче тебе подыхать с этим знанием?
— Не поверишь — еще как легче! — радостно оскалился Хольм. — Люблю, когда все ясно и понятно! Вот скажи, зачем ты Ингрид убил? Только потому, что она знала, с кем обнималась?
Память не вовремя и непрошено подсунула жаркий пряный запах, тяжесть горячего стройного тела в руках, сладкие губы… Как же неправильно и подло все оборвалось… Ингрид, глупая, ну зачем ты в это ввязалась?! Ради дурацкой мести? Из зависти? И не поняла, что в этой игре слишком высокие ставки, не по карману девчонке-Волчице, которая всего-то хотела вернуть Хольма в свою постель.
— Ну да, — спокойно отозвался Гваэлис. — Утром она бы услышала, в чем тебя обвиняют, и могла бы все рассказать. А так ее даже искать не стали, пока мы не уехали. Привыкли, наверное, что по чужим постелям пропадает. А тебя только это интересует, Волк?
В его голосе слышалась ледяная насмешка, и у Хольма впервые прополз по спине холодок настоящей тревоги. Гваэлиса он, кажется, недооценил.
— Да остальное вроде я и так знаю, — пожал он плечами. — Отравил меня в той драке тоже ты, правда? Увидел, что Арлис вмешался и вот-вот вас разгонит, ну и поторопился. Поспешишь — ежиков насмешишь, как у нас говорят… Я выжил…
— И продолжил путаться под ногами, — кивнул Гваэлис. — Это все?
— Ну, почти, — согласился Хольм. — Если не считать того, что сейчас ваш с Иваром общий отец пытается убить вождя по просьбе госпожи Мираны. Семейные дела иногда такие грязные… Сплошная кровь и грязь, правда, котики?
— А вот это ты зря сказал, — очень тихо сказал Гваэлис, едва заметно сдвигаясь ближе к Ивару. — Зря, Волк…
— Ага. Теперь тебе придется не только меня, но и всех, кто здесь был, убирать! — напротив, повысил голос Хольм, зная, что Коты ловят каждое его слово.
И не только Коты.
— Да ладно! — продолжал он, чувствуя, как невидимая шерсть встала дыбом от страшного напряжения. — Нас всего-то двое! Да их… девять. Восемь, если считать охрану. Потому что, чует мой хвост, Ивару и так не повезет.
— Умный ты, Волк, — одними губами улыбнулся Гваэлис, а его глаза так и остались кусками зеленого льда, в точности того же цвета, что у Ивара, но гораздо пронзительнее. — Даже жалко… Если бы я раньше знал, что ты такой умный, я бы с тобой иначе играл. Я бы договориться попробовал. Тебе же Лестана нужна была, ты из-за нее сюда явился и влез своими погаными лапами в то, что тебя не касается. Так я бы тебе отдал ее!
«Влез, да-а-а-а… — с мстительным удовольствием подумал Хольм, даже немножко гордясь собой. — Еще как влез! И поломал все вам, умникам».
