Наступил тридцатый год. Анна успешно сдала все государственные экзамены и получила заветный документ - диплом. Диплом ей вручал ректор университета с похвальным словом на трибуне актового зала. Анна направилась к ступенькам, спускавшимся в зал, когда ее окликнула моложавая преподавательница Людмила Васильевна. Весь университет знал о том, что она неравнодушна к студенту с юридического факультета Асламбеку Эльбускиеву, всячески старается заполучить его, но безуспешно. Анна увидела торжествующую улыбку на лице Людмилы Васильевны, может она радовалась тому, что ненавистная соперница наконец уедет к себе во Владикавказ, и она сможет добиться своего.
Анна повернулась к президиуму из одних преподавателей.
- Вы что-то хотели мне сказать, Людмила Васильевна?
- В такой радостный день все девушки с цветами. У Вас, кажется, и жених есть. Неужели он не догадался купить для Вас букет?
Зал замер от неожиданности. Все поняли: это дуэль. Что будет-то?
- Видите ли, Людмила Васильевна, мой жених - ингуш. У них не принято делать дешевые копеечные подношения любимым девушкам.
- А дорогие принято? - съязвила она.
- Да. Вот букет, который преподнес мне жених в этот, как Вы сказали, радостный день.
Анна подошла к столу, положила руку на стол перед Людмилой Васильевной, чуть потянула рукав к плечу, высвобождая запястье. На запястье девушки переливался драгоценными камушками золотой браслет в виде венка из цветов и листьев.
Многие преподаватели встали со своих мест, чтобы получше разглядеть это чудо ювелирного искусства.
- Это же… - поперхнулась преподавательница.
- Коня, кабардинского иноходца отдал дагестанцу-ювелиру за этот букетик, уважаемая Людмила Васильевна. А Вы понимаете, что такое конь для горца.
Она гордо подняла голову и сошла вниз, где ее встретил Асламбек и повел к месту.
Им долго аплодировали.
И вот прощальный вечер в ресторане с богато накрытыми столами и приглашенным оркестром, разумеется, на деньги самих выпускников. И тут колесо судьбы сделало самый неожиданный поворот.
Говорили тосты, осушали бокалы, танцевали. Асламбек с Анной станцевали лезгинку. Всем очень понравилось. После Асламбека в круг вошел военный, гепеушник, щеголяя новой экипировкой: длинная зеленая гимнастерка, перепоясанный лакированным ремнем с портупеей и кобурой, синие галифе и сапоги. Под носом коротенькие усики. Он деланным жестом пригласил Анну в круг.
- Извините, я устала, - сказала девушка, напрашивающемуся кавалеру.
- Пошли. Чего ломаешься?
- Вам понятным языком сказано: я устала, больше танцевать не хочу.
- Отказываешься?
- Как Вам угодно понимать, так и понимайте, но я больше ни с кем танцевать не намерена, кроме как с женихом.
- Что? Что ты сказала? - гепеушник схватил девушку за локоть и швырнул в круг, Анна сумела устоять на ногах, хоть и качнулась, но не упала. Повернулась и пошла в ту сторону, где стоял Асламбек.
- Стой, сказал! - Гепеушник бросился к ней, но ему перегородил дорогу студент плотного телосложения.
- Чего тебе?
- А вот чего!
Звук пощечины раздался, как выстрел. Это была пощечина не интеллигента, ради нанесения оскорбления обидчику. Это была пощечина горца, в которую вкладываются сила, страсть и ненависть. Гепеушник рухнул, как сраженный, пол окрасился брызгами крови.
Он поднимался с полу, мыча какие-то угрозы. Лицо было измазано кровью и скривилось на один бок. Видимо он плохо видел, потому что в упор рассматривал всех окружающих, ища ударившего. Придя в себя, он отер рукавом кровь с лица и тут встретился взглядом с тем, кого искал.
Асламбек стоял напротив и не собирался ретироваться, а рядом с ним стояла бледная Анна.
- Предлагаю на этом закончить наши прения, - сказал Асламбек гепеушнику, - я получил полную сатисфакцию, как говорили в прошлом веке.
- Ах ты, кулацко-белогвардейская…! - Он выхватил револьвер и выстрелил, но промахнулся. Второй выстрел произвести не успел, его самого сразила пуля. Он зашатался, выронил оружие, опустился на колени и повалился на бок.
В зале поднялся женский визг и крики испуганных преподавателей.
Асламбек взял девушку за руку и двинулся к выходу.
- Вы все свидетели, что этот боров вынудил меня защищаться. Кто попытается задержать меня - уложу на месте.
Они вышли на улицу и скорыми шагами пошли по темным переулкам в сторону квартиры Анны.
Неожиданно встречная машина затормозила рядом. Асламбек выхватил оружие.
- Асламбек-жан, ты чего?
- О, Артюш! Друг! - Он спрятал оружие в карман и с нескрываемой радостью бросился к машине знакомого таксиста. - Спасай!
- Ты в беду попал, брат?
- В беду, в большую беду. - И он кратко изложил то, что случилось. - Вези нас на ее квартиру. Там отец Анны. Старик не пошел на торжественное вручение дипломов: сердце прихватило. Бог помиловал! Хорошо, что здесь нет ее брата Сашки, а то такая бы каша заварилась.
- Асламбек-жан, тебе нельзя туда ехать. Давай я свезу вас к другу-персу, а старика привезу туда. Вай! Вай! Какие дела!
- Нет, сперва туда. Там увидим. Так скоро они не кинуться туда.
Остановились за три дома - ничего, никакой засады, не успели еще.
