Она в этом не сомневалась. Может, головорез, а может, и кто похуже. Она вспомнила слова Сьюзен Кроули о Генри Бергасте, плавно передернула затвор револьвера и крепко сжала его, не доставая из кармана. Однако из тумана никто не появился, и она ничего не сказала миссис Харрогейт; они шли дальше, пока та взмахом руки не подозвала кеб. Экипаж со скрипом остановился посреди темной и холодной улицы, и обе женщины забрались внутрь. Затем извозчик взмахнул кнутом, тощая лошадь вздрогнула и двинулась с места.
По возвращении в пансион, плотно закрыв окно и заперев его на щеколду, Элис сняла свое длинное пальто, бросила шляпу на незаправленную кровать и нахмурилась.
– Мы были не одни, – сказала она. – Кто-то преследовал нас от самого дома Сьюзен Кроули.
Отстегнув вуаль и сбросив с плеч шаль, миссис Харрогейт замерла. Она смотрела на Элис, будто оценивала товар на рынке, прикидывая его стоимость. Сыщице это не понравилось.
– Вы ощутили что-нибудь в боку? – поинтересовалась ее спутница.
Элис прижала руку к ребрам.
– Нет. Ничего с тех пор, как мы приехали сюда. Что, если план не сработает? Что, если я не смогу найти Марбера?
– Вам и не потребуется искать его. Кейрасс сделает все сам.
Элис села на край кровати и принялась стягивать с ног покрытые грязью сапоги. Она не до конца поняла слова женщины, но решила пока не уточнять. Ее волновали более насущные вопросы.
– Почему Марбера так интересует Марлоу? Зачем ему вообще было убивать его родителей?
– Потому что этот ребенок обладает огромной силой. И потому что он нужен другру.
Миссис Харрогейт подошла к шкафу, собираясь положить в него шаль, но вдруг замерла, глаза ее скрыла тень. Застыло и ее отражение в зеркале.
– Простите меня. Рассказ мисс Кроули оказался весьма… тревожным. Многое было мне неизвестно. А я не люблю удивляться.
– То есть вы ей верите?
– А вы нет?
Элис задумалась:
– Кроули рассказала не все, но это не значит, что ее слова – ложь. Видимо, больше всего ее пугает Бергаст. Не Марбер и не другр.
– Поверить в это может лишь тот, кто не знает природу другра.
Элис постаралась принять это к сведению.
– И помните, – продолжила миссис Харрогейт, – это не Генри Бергаст охотится за детьми, не он совращает таланты, не он предает и убивает таких, как Фрэнк Коултон. У нас лишь одна задача. И мы доведем дело до конца.
– Кроули сказала, что истинная цель Бергаста находится в другом мире. Почему?
Миссис Харрогейт чинно уселась в бархатное кресло, поправив юбки. Лицо ее приняло озабоченное выражение.
– Сукин сын. Вы тоже ему не доверяете, – тихо пробормотала себе под нос Элис, начиная кое-что понимать.
Затем сыщица подумала о чем-то другом – и лицо ее стало еще мрачнее.
– Зачем мы привезли мальчиков в Карндейл, миссис Харрогейт? Для чего они ему?
– Потише, мисс Куик. Иначе наша почтенная хозяйка захочет подслушать у двери.
– Я оставила Марлоу и Чарли на попечение Бергаста.
– И в стенах Карндейла они в полной безопасности, – сказала миссис Харрогейт. – Генри может заблуждаться, но он не сумасшедший. Чего нельзя сказать о Джейкобе Марбере. Вот если бы дети оказались рядом
– Вы все время повторяете, что в Карндейле безопасно.
– Потому что Джейкоб не может войти туда. Ему не проникнуть за периметр защиты.
– Но ведь он уже пробирался туда однажды. Разве не об этом рассказала нам Кроули?
– Защиту изменили, – спокойно произнесла миссис Харрогейт. – Никто, совершенно никто не желает повторения того, что случилось, когда Марлоу был младенцем. Но единственный способ по-настоящему обезопасить детей – это убить Джейкоба Марбера.
Пока миссис Харрогейт говорила, она достала из сумочки сложенный носовой платок. Элис вновь охватило внезапное головокружение, но она заставила себя посмотреть на два ключа на развернутом ее спутницей платке, который та положила на столик между окнами.
Элис прочистила горло:
– Они выглядят какими-то… неправильными.
– Отлично. Это значит, что вы обладаете нужной нам чувствительностью, мисс Куик. На вас влияет рана, нанесенная Марбером. На это я и надеялась. Они называются клависами.
Элис, немного разбиравшаяся в ключах, внимательно осмотрела клависы:
– Похожи на старинные. Незнакомой мне формы. Не от сейфа и не от хранилища. Что они открывают, дверь в какое-то помещение? В котором находится та штуковина?
– Какая штуковина?
– Оружие. Чтобы убить Джейкоба Марбера.
Глаза миссис Харрогейт сверкнули.
– Ах, – слегка снисходительно улыбнулась она. – Вы ошибаетесь. Они и есть оружие.
Пожилая женщина осторожно приподняла клависы за кожаный шнур, так что они покачивались в воздухе.
– Когда-то их было три, – продолжила она. – Теперь их два. Однажды останется только один. Но когда будет потерян последний, способа бороться с другром не останется.
– Но что они собой представляют?
