Так случайно сложилось, что первые казахстанцы, плывущие через Ла-Манш, должны были стартовать примерно одновременно, причем с одной командой пилотов. Девушек вел Майкл Орам, с которым я встречался буквально за два дня до встречи с ними, меня — его сын Лэнс. Мы тепло пообщались и пожелали друг другу удачи. И им, и мне предстояли совершенно непредсказуемые задачи.
Выходные тянулись долго и тягостно. Новостей не было. В воскресенье я снова позвонил Майклу. Тот не обрадовал — погода не изменилась. Мы договорились созвониться на следующий день, 1 июля, вечером. В этот же день прилетала из Алматы моя команда.
Я не ожидал, что повторится критическая ситуация, которая была у нас на Гибралтаре — когда мы плыли в последний отведенный нам день, и у нас было на заплыв всего одно семичасовое окно. На Ла-Манше у меня было время до 9 июля, можно было ждать. Проблема была в другом. Я уже три дня не тренировался. Еще один-два дня восстановления — и я был бы на пике формы. Но есть ждать дольше, то нужно было начинать тренироваться заново, чтобы мышцы были в тонусе, чтобы форма не терялась. В каком объеме это делать? На какое время ожидания рассчитывать? Не было понятно ничего. Оставалось только ждать — и я ждал.
Следующий день тянулся бесконечно. Летели где-то над Европой ко мне мои близкие люди. Шумели где-то над Ла-Маншем ветра, которые, как я надеялся, должны были к завтрашнему дню сложиться в нужную мне погоду. А я ходил по довольно пустынному городу, и сходил с ума от ожидания.
— Завтра, — сказал мне Майкл Орам, когда я, дождавшись, наконец, вечера, позвонил ему. — Завтра в 10 будьте в гавани, вас будет ждать лодка и команда. В районе 12 ночи начнем заплыв.
Я положил трубку и подпрыгнул от радости так, что хлипкие стены гостиничного номера затряслись. Завтра! Завтра все решится! Не нужно больше ждать — теперь нужно только готовиться, отсыпаться, настраиваться.
Завтра я поплыву через Ла-Манш.
Когда спустя пару часов в Дувр приехали мои, после положенных теплых приветствий и легкого ужина мы отправились на ночную набережную. Вода пролива, как и в первый раз, когда я ее увидел, покачивалась и шумела, напоминая гигантское живое существо. При одной мысли о том, что завтра в это же время мне предстоит прыгнуть в нее, а потом плыть до рассвета и еще очень-очень долго, мне стало очень неуютно. Эйфория, вызванная новостью о завтрашнем заплыве, прошла. Осталось трезвое осознание простого факта — будет очень тяжело. Очень.
На другой день я показывал гостям город, так хорошо изученный за это время. Мы поднялись в Дуврский замок, пообедали, прогулялись по набережной. Я попытался было поспать, помня о том, что впереди бессонная ночь, но мне не удалось сомкнуть глаза. Проще было занять себя делом, чем лежать и беспокоиться сразу обо всем.
Особенность больших заплывов в том, что питание для них ты смешиваешь заранее, потому что на лодке, в условиях качки и морской болезни, у команды для этого часто не бывает времени и физической возможности. Я подготовил несколько десятков небольших пластиковых бутылочек с водой. В каждой из них я смешал по порции жидкого питания, разложил батончики и гели, приготовил лекарства, в частности, ибупрофен от боли в мышцах. Я читал в отзывах многих других пловцов, что он бывает очень нужен в последние часы заплыва.
За время ожидания я приготовил себе два приспособления для передачи пищи. Первое состояло из телескопической треккинговой палки, к которой скотчем была надежно прикреплена обрезанная до середины большая бутылка. Эта штука была нужна для того, чтобы подавать с борта твердую пищу. Я долго с ней провозился, но в итоге получилась довольно надежная вещь. Второе приспособление состояло из ручки, на которую был намотан длинный, метров на сто, моток тонкой веревки. Это приспособление я купил в Дуврском клубе пловцов. На свободный конец веревки я надежно закрепил пластиковую спортивную фляжку с широким горлом. Это приспособление нужно было для жидкой пищи — фляжку наполняли из пластиковой бутылки с заранее приготовленной смесью, бросали за борт, я пил, закрывал ее и бросал обратно. Я не хотел бросать в пролив одноразовые пластиковые бутылки, поэтому приготовил такое многоразовое устройство, и оно очень потом помогло.
