– Это я попросил ее встретиться там со мной. И все было абсолютно не так, как в прошлый раз. Кроме нас с Эмили, в парке никого не было.
– Я же велел тебе оставаться дома! – рявкнул Морган.
– Дело касается меня. Я не собираюсь отсиживаться дома.
Вид у старика стал озадаченный. Он обернулся к внучке:
– Эмили?
– Я думала, я приду и он сделает что-нибудь такое, чтобы унизить меня, чтобы поквитаться за то, что сделала мама. Я не поверила, когда он сказал, что светится в темноте. И не поверила, когда он сказал, что покажет мне это, если я встречусь с ним ночью в парке.
– Но зачем же ты пошла туда, если думала, что он собирается унизить тебя? – с изумлением спросил Вэнс.
– Я думала, это поможет искупить то, что сделала…
– Так, стоп, стоп. – Старик вскинул свою ручищу-сковороду. – Ты не должна ничего искупать. Морган, пора положить этому конец.
– Вы пытаетесь ее выгородить, как всегда выгораживали свою дочь.
Лицо Вэнса застыло. Он был вне себя от гнева. А зрелище разгневанный великан представлял собой внушительное.
– Я никогда не оправдывал Далси и не отрицал своей вины в том, что произошло, что я оказался не в состоянии удержать ее в узде. Но заруби себе на носу: моя внучка – не Далси и я не позволю так с ней обращаться.
Морган прокашлялся:
– Мне было бы проще с вами разговаривать, Вэнс, если бы вы сели.
Старик даже не шелохнулся.
– В моем обществе все чувствуют себя неуютно. Уж кто-кто, а ты должен понимать, каково это.
– Я хочу, чтобы она держалась подальше от моего сына.
– Я регулярно вижу твоего сына в лесу за моим домом. Не от Эмили надо требовать держаться подальше, – с нажимом произнес старик.
Морган бросил на сына гневный взгляд.
– Ты не заставишь меня держаться от нее подальше, – заявил Вин.
– Неужели история твоего дяди ничему тебя не научила? – спросил Морган.
– Отчего же, научила. Чтобы любить кого-то, кого не одобряет твоя семья, нужно мужество – вот чему она научила меня.
– Только не говори, что ты всерьез любишь эту девицу, – явно не веря своим ушам, произнес Морган.
Эмили глядела на Вина во все глаза. Он ее любит?! Но тот лишь молча смотрел на отца, схлестнувшись с ним в схватке характеров.
– Из-за ее семьи мой брат совершил самоубийство, – бросил Морган сыну. – Неужели это ничего для тебя не значит?!
– Это был его выбор, – возразил Вин.
Эмили поразилась его невозмутимому тону. Морган Коффи был силой, с которой невозможно не считаться, но его сын ничуть ему не уступал. Интересно, видел ли это Морган, понимал ли? Очень многое из того, что поражало Эмили в Вине, он, судя по всему, унаследовал от своего отца.
– Но я считаю, глупо пренебрегать тем, чего он добился своей жертвой. Он дал нам всем возможность жить здесь нормальной жизнью.
– С тех пор как это произошло, мою жизнь нормальной никак не назовешь! Мама так и не простила меня за то, что я ничего ей не сказал.
– И ты хочешь той же судьбы для меня? Я хотел открыться ей. Я не хотел, чтобы это продолжало быть тайной. И ничего, небо на землю не рухнуло. Она не оттолкнула меня, папа. Мы не вы с мамой. И не Далси с Логаном. Мы – это я и Эмили. Это совершенно другая история.
В наступившей тишине Вэнс произнес:
– Пусть живут без нашего багажа, Морган.
Но тот не собирался сдаваться без боя.
– Ваша дочь заманила моего брата в парк! – Он наставил на Эмили палец. – Обманом! Она погубила его.
– Морган, опусти руку, – посоветовал Вэнс. – Повторяю тебе еще раз: моя внучка – не Далси, и я не позволю тебе обвинять ее в грехах ее матери.
– И как же вы собираетесь мне помешать?
Вэнс сделал в его сторону шаг, всего один шаг.
– Я собираюсь рассказать правду. Вы выставили вашу семью и Логана жертвами, а я допустил это, потому что таково было желание Далси. Она уехала, зная, что из нее сделают злодейку. Уехала, чтобы облегчить вам жизнь, и это стало первым ее самоотверженным поступком.
Эмили, которая все это время поедала Вина глазами, внезапно встрепенулась:
– Дедушка Вэнс, о чем ты говоришь?
– Идем, Вин, – поспешно сказал Морган.
– Нет, я хочу это услышать.
– У Логана были проблемы с психикой еще задолго до того, как в его жизни появилась Далси, – начал старик. – Он несколько раз пытался покончить с собой. Кроме его родных, об этом не знал никто, но Далси Логан все рассказал. Они с твоей мамой любили друг друга. Во всяком случае, твоя мама любила его. Никогда не видел ее в таком состоянии. Она вырезала их инициалы по всему городу, на каждой деревянной поверхности, какую только могла найти.
– Погоди, так это мама вырезала те инициалы? – поразилась Эмили. – Не Логан?
Вэнс кивнул:
