— Ну, что случилось, Дафния? Дурные новости? сразу же спросил Мейсон.
По покрасневшим глазам девушки можно было понять, что она плакала. Более того, она даже почти утратила дар речи после перенесенного шока:
— Они сделали что-то ужасное, мистер Мейсон!
— Кто?
— Борден Финчли, Ральф Экзеттер и Элина.
— Что же они сделали?
— Увезли дядю Гораса.
Она снова расплакалась.
— Спокойно, спокойно: Держите себя в руках. Вы же знаете, слезами горю не поможешь. Расскажите мне все по порядку... Что значит «его увезли»?
— Они добились того, что его объявили не то слабоумным, не то недееспособным, я точно не знаю, забрали себе весь дом, мою комнату заперли на ключ. И не хотят мне ничего рассказывать про дядю.
Мейсон сразу помрачнел.
— Садитесь. Давайте проясним всю картину.
Он потянулся к телефону.
— Герти? Попросите зайти ко мне Пола Дрейка, если он на месте. Скажите, у меня к нему дело.
Потом он обратился к девушке:
— А теперь постарайтесь на секундочку расслабиться, Дафния. Пол Дрейк очень хороший частный детектив. Его контора находится на этом же этаже, так что он сейчас появится. А тем временем я хотел бы, чтобы вы обрисовали мне общую ситуацию.
— Что именно вас интересует?
— Вы провели на Востоке три месяца?
— Да. Это было продолжительное морское путешествие. Я побывала в Гонолулу, Японии, Гонконге/ на Маниле.
— За это время вы получали письма от дядюшки?
— Получала.
— Какого рода письма?
— Милые, жизнерадостные письма.
— А потом, в Гонолулу, вы получили вот это?
— Если бы я не спешила так сойти на берег, мне бы его вручили сразу, как только судно пришло в порт, и тогда бы я позвонила, пересела на самолет или приняла какие-нибудь другие меры. Но во время пути я познакомилась с молодыми людьми из Гонолулу. Они меня пригласили к себе, и я чуть ли не первой поспешила сойти с лайнера, а назад вернулась за минуту до отплытия. Я оставалась на палубе до конца, потому что мои новые друзья меня провожали. Я спустилась в каюту уже после того, как корабль вышел в открытое море. Дядино письмо я прочла, когда мы проплывали мимо Алмазной головы. Почему-то письмо сначала не произвело на меня особого впечатления. Подумала, что дядя Горас соскучился. У него плохое настроение, он решил, что мне понадобятся наличные деньги и... Что греха таить, я подумала, что это и своего рода увертка от подоходного налога. Вы же знаете, что такие штуки проделывают...
Мейсон покачал головой:
— Если бы это было так, не нужна была такая таинственность. И он мог бы просто открыть на ваше имя счет в банке, перевести на него деньги, и все было бы в порядке... Нет, зачем он послал вам этот чек?
— Я не знаю.
— Вы говорите, что его письма были жизнерадостными?
— Да, но, если хорошенько поразмыслить, в его письмах была какая-то натянутость, как если бы... Верно, когда вы упомянули об этом, я начинаю многое припоминать... Дядины письма были стереотипными, как если бы он не хотел меня огорчать и поэтому скрывал всякие неприятности.
— Теперь расскажите про сегодняшнее утро. Как вы туда приехали...
Адвокат не договорил, потому что в этот момент послышался условный стук Пола Дрейка у входной двери.
Мейсон кивнул Делле Стрит, та поднялась и впустила его.
Пол Дрейк, высокий, немного расхлябанный, с обманчиво ленивыми манерами и безразличным взглядом, вместо приветствия подмигнул присутствующим.
Мейсон пояснил:
— Пол, это Дафния Шелби. Посиди, послушай, мы как раз с ней разбираемся в случившемся. Потом мы сообща спланируем дальнейшие действия. Сейчас же самое главное — во всем хорошенько разобраться.
Мейсон снова обратился к Дафнии:
— Опишите, как вы приехали домой.
— Вы сами понимаете, что я страшно волновалась и торопилась как можно скорее увидеть дядю Гораса, так что я отперла дверь собственным ключом, влетела в комнату и закричала: «Бууу-хууу, вот я!» Мне никто не ответил. Я сразу же заглянула в комнату дяди Гораса, но она была пуста. Не было его и в спальне, и в кабинете. Тогда я побежала наверх в свою комнату, но она оказалась запертой.
— У вас есть от нее ключ?
— В том-то и дело, что нет. Он всегда торчал в замке изнутри, а у меня не было привычки запираться.
— И вдруг комната оказалась закрытой.
— Да. Тогда я пошла искать дядю Бордена, Ральфа Экзеттера или тетю Элину.
— С кем же вы разговаривали?
— С тетей Элиной.
— Как это было?
— Тетя Элина улыбнулась и сказала: «Хэллоу, Дафния. Поездка была интересной?» На это я ответила: да, спасибо. Но что случилось? Где дядя Горас? А она мне заявляет, что его пришлось увезти. Он находится в таком месте, где окружен вниманием и заботой. И что я, как они полагают, захочу отсюда уехать, как только уложу свои вещи. Тут она мне улыбнулась ледяной улыбкой и сказала: «Мы заперли твою спальню, чтобы сохранить твои вещи. Я прошу тебя к завтрашнему вечеру освободить помещение, ибо Борден собирается сдать дом в аренду с меблировкой. За него он получит приличную сумму».
— Так... продолжайте.
