— На мое самочувствие подобные небольшие нагрузки не влияют. На тренировках у нас они несравненно больше. А нервная система у меня крепкая. Позволяет и не то вынести без внутреннего трепыхания.
— Что такое «внутреннее трепыхание»?
— Вы птицу когда-нибудь в руках держали?
— Конечно. В детстве, правда…
— Помните, как у птицы все внутри колотится. Не только сердце, а все, буквально.
— Да, помню.
— Вот и у людей, непривычных к экстремальным обстоятельствам, такое же состояние бывает. И случается, надолго задерживается. На несколько дней. Особенно если вокруг разговоры только об этом. И это чревато инсультом. У меня такого не бывает. Я хладнокровно отношусь и к езде на машине, и к передвижению пешком, и к стрельбе, и к «рукопашке». Нормально хожу в атаку и отбиваю атаку — с автоматом или с малой саперной лопаткой — без разницы.
— Значит, даже не переживаешь?
— Ну, слегка жалко парней, зря они со мной связались. Особенно того, у которого посттравматическая кастрация. Но они сами виноваты. Окажись на моем месте кто-то другой, менее подготовленный или хотя бы менее решительный, они человека изуродовали бы или забили до смерти. По этой самой причине я вину лишнюю на себя брать не хочу и не сильно их судьбой озабочен. Ивона жалко, но у него не такие сильные травмы, чтобы на инвалидность выходить. Он только что ко мне приезжал. Беседовали…
— Ты сказал ему про машину, которую видел во дворе. Такую же, как у Рафа…
— Нет. Подумал, передаст Рафу, и это может стоить человеку жизни.
— Ты правильно поступил. Мы навели справки. Раф находится в розыске за убийство в родном Азербайджане. Как и предупреждал Юнус, он способен убить ударом в спину. Так он убил своего подельника после ограбления магазина. За небольшую сумму, чтобы не делиться. Ударил ножом в спину. И ему одинаково страшно попасть и под следствие, и в «зону», где с ним тоже быстро расправятся. Ему уже обещали это. Есть подозрения, что он ищет защиты в ИГИЛ. Его родной старший брат уехал в Ирак, вступил в ИГИЛ, может быть, и сам Раф туда же метит. По некоторым данным, он поддерживает с братом связь, и здесь, в Москве, дружит с парнями, которые на подозрении у управления «Альфа», то есть могут быть террористами или людьми, связанными с террористами. Это тоже след ИГИЛ. В охране под руководством Немчинова он работает уже больше полугода. Я тебе говорил, что в лаборатории было совершено три убийства одинаковым способом. Однако первое было совершено, когда Раф там еще не работал. Потому под подозрение он и не попадал. Сейчас к нему присматриваются внимательнее. Возможно, вчера вечером ты видел именно его машину. Потом эта же машина или похожая на нее стояла недалеко от отделения полиции, когда вы все там находились — и ты с Ириной Александровной, и напавшие на тебя бандиты…
— Думаю, этого не может быть. Я бы увидел, когда выходил оттуда. У меня привычка замечать такое, — возразил я. — Около крыльца несколько машин стояло, в том числе и моя. Красного «Лансера» я не видел.
— Об этом говорят полицейские. Там за углом стоянка для служебного транспорта. Красный «Митсубиши Лансер» стоял там. Но в темноте не было видно, кто сидел за рулем. Но человек там был, это утверждают полицейские из патрульной машины и водитель начальника отделения. Должно быть, ждал, когда выпустят нападавших. Но никого до сих пор не выпустили. Тех, что в больнице, оттуда переведут в лазарет СИЗО[20]. Это уже вопрос решенный, как и вопрос с судом.
— А что за вопрос с судом? — спросил я.
— Будут оформлять арест сроком на два месяца. После задержания для ареста по закону требуется решение суда. Задержание-то допустимо только на семьдесят два часа — трое суток. Адвокаты, как всегда, будут настаивать на подписке о невыезде или на залоге, но поскольку среди нападавших нет ни одного москвича и все они имеют возможность скрыться, их будут арестовывать. В суде этот вопрос уже решен.
Меня заинтересовал решенный судебный вопрос, но я не стал заострять на этом внимание. Власть, она и в Африке власть, и спорить с этим бесполезно.
— Пока они не называют причину своего нападения. Говорят, просто пива перепили и пошли похулиганить. Но у троих вообще алкоголя в крови не обнаружено. Будем допрашивать поодиночке. Если не получится, применим спецсредства…
— Я понял, товарищ генерал. Держите меня в курсе дела, если возможно. Я продолжаю работать в прежнем направлении. Сегодня вечером неплохо было бы заглянуть к Немчинову. Что там, кстати, с моей пропиской?
— Ирина Александровна задержится еще на пару дней. Передай ей вечером свой паспорт и фотографии на лицензию охранника. Она в управление каждый день заезжает. Принципиально вопрос я уже решил.
— Значит, я могу это сказать Немчинову? Что документы отдал для подготовки?
— Безусловно. Пусть готовит тебе место. Тем более твой лучший друг Ивон временно из списка Немчинова выбыл по состоянию здоровья. У меня все. Конец связи…
— Конец связи, товарищ генерал…
