— А что?
— Собака укусила.
— Чья?
Это инспектор опасался, видимо, что собака была бешеная.
— Своя, — соврал я, хотя собак никогда в жизни не держал.
— Что так?
Я пожал плечами…
— Характер такой.
— Болит сильно?
— Нет. Заживает. Уже неделя прошла.
На этом подозрительность инспектора прошла.
В Москве, да еще если поймут, что имеют дело с «бомбилой», «гиббоны» будут вести себя более строго.
— Шарф не по сезону только подозрения вызовет.
— Скажу, я с юга, привык к теплу…
Я пожал плечами.
— Чтобы заживало быстрее, что посоветуешь? — спросил Ивон, получив от меня ключи и открыв машину.
— Иди в аптеку, купи аппликатор. Лучше «аппликатор Ляпко». Без разницы — пластинчатый или валик. Если такой не найдешь, купи «аппликатор Кузнецова». Прокалывай, себя не жалей. Через неделю про боль забудешь…
— Хорошо. Я вчера к тебе ехал, чтобы один вопрос задать, а сейчас еще куча вопросов накопилась. Ответишь? Не сильно спешишь?
Я открыл свою машину, сел на пассажирское сиденье, свесив ноги наружу.
— Спрашивай.
— Сначала вчерашний вопрос. Когда ты на стоянке дрался. Анвар что неправильно делал? Я сам его учил, как нужно вести себя в такой ситуации. А меня Валентин Иосифович учил. Как так получилось, что с Анваром ты так легко справился?
— Учили его неправильно. Если ты учил, то ты и научил так. А тебя неправильно научил Немчинов. Нельзя в схватке нож держать у пояса.
— Это техника ножевого боя американской тюрьмы Фолсом. Мне Немчинов давал учебник читать по этой технике. Он сам его переводил. Согласно рекомендациям того учебника, никогда не стоит нож выставлять перед собой, чтобы избежать захвата. У противника две руки… В одной у него нож, второй он может захватить твою руку с ножом. И удар от пояса бывает более сильным.
— Во-первых, соглашусь с тобой, — у противника две руки. Но свободная рука может как руку с ножом захватить, так и ударить, как в случае с Анваром. Только захват руки с ножом в состоянии выполнить опытный специалист. А если это попытается сделать человек неопытный, он сразу второй руки лишится. Простое вращение кистью при захвате за рукав поможет перерезать сухожилия. А если захват идет на предплечье, то вращательное движение предплечьем сделает то же самое. При этом моя вторая рука останется свободна и сможет блокировать удар ножом от пояса. Простой отбив предплечьем совершаю, и все. И в это же время освободится от захвата рука с ножом. Кто в этом случае будет иметь преимущество? Это вопрос однозначный.
Во-вторых, сама стойка Анвара делала его положение уязвимым. Я не знаю, что он пытался изобразить, но походил в этой позе на игрушку. Была раньше такая игрушка у детей, называлась «Ванька-встанька». Ее как ни роняй, она поднимается, но склонность к падению все равно сохраняет. Точно так же и Анвар. Ноги были расставлены слишком широко, опора осуществлялась на одну линию, по другую сторону которой уже было падение. Я же в лоб его даже не ударил, а просто толкнул. И он упал. При такой стойке любой свалится от легкого толчка, как та игрушка…
В-третьих, ты сказал, что удар от пояса бывает более сильным. Имей в виду, что при нанесении сильного удара заметно закрепощаются мышцы, теряется быстрота. А быстрота — это главный аспект ножевого боя. Не в фехтовании, а в реальном бою десять порезов на руке вызовут большую потерю крови, в результате которой противник упадет прежде, чем сумеет нанести один сильный удар. Рука с ножом должна быть быстра, должна стать молнией, наносящей как можно больше резаных ран.
Ивон согласно кивнул. И продолжил:
— Значит, школа тюрьмы Фолсом не всегда работает? Или вообще не работает?
— Я не знаком с техникой этой школы. Потому не могу говорить о ней конкретно. Кроме того, в разных ситуациях следует применять навыки разных школ, как и разных боевых искусств. Даже вчерашнее происшествие тому подтверждение… Вот ты получил перелом лучевой кости. Как ты защищался? Я на бегу это видел и одобрить не могу.
— Так нас Немчинов учил защищаться от биты. Подставлять мякоть руки. Говорил, будет больно, но боль можно перетерпеть, зато жив останешься.
— С такой техникой защиты я знаком и считаю ее глупостью. А ты видел, как я действовал? Против первого… Остальные-то испугались. Вернее, второй испугался, а третий сначала так размахнулся, что своего битой огрел, и только после этого испугался.
— Если честно, мне вчера не до наблюдений было. Мне сначала руку сломали, потом ключицу. Могли бы и голову проломить, но я уже и так ничего не видел.
Я принялся объяснять суть своих действий.
