В те минуты блаженства, пока Анна готовила пасту, Марк продумывал, что он может сделать. Ему хотелось вызвать полицию, но он нутром чувствовал, что его безумная «невеста» найдет способ достать его, учитывая, что она сделала с тем писателем. Ему даже приходили мысли зарезать Анну, ведь она была так уязвима во время готовки и даже не подозревала, что Марк с трудом заставлял себя вновь ее целовать и обнимать, лишь бы она ни о чем не догадалась. Благо мужчина был не столь безумен, хотя его разум сложно было назвать здоровым, просто его бывшая слишком сильно была убеждена, что встретила «отполированный», словно новейшая Тесла, идеал без изъянов.
Сначала Марк думал усыпить Анну, а потом ей подсунуть таблетку «Летгоин», но план бы провалился: во время приема таблетки следует думать о человеке или событии, чувства к которым нужно отпустить. Поэтому ему пришлось идти «ва-банк»: он раскрошил и размешал таблетку в пасте, которую заканчивал готовить после Анны. Символично, учитывая, что неделю назад его бывшая сделала почти то же самое, только с препаратом противоположного эффекта – «МоноГаммой».
Девушка сопротивлялась, пока Марк всячески удерживал ее: он повалил ее хрупкое тело на пол, одной рукой закрыл ей рот, а второй пытался сдержать ее мечущиеся из стороны в сторону руки.
– Глотай! Глотай! – кричал он. – И думай обо мне. Давай, вспоминай, как мы классно трахались, как мы ходили на свидания, как ты была счастлива со мной, как я бросил тебя, как тебе было больно! Думай об этом!
Анна всячески пыталась вырваться, оттолкнуть Марка и выплюнуть остатки таблетки, но все попытки были напрасны: уж слишком Марк силен, и к тому же она проглотила много пасты. Мужчина ни на секунду не собирался сдаваться: прямо сейчас он должен закончить весь этот сюр и кошмар, чтобы его бывшая больше никогда его не беспокоила.
Ее сердце забилось быстрее, когда она увидела холодные бездушные глаза Марка и не могла поверить в происходящее. Параллельно Анна ощущала, как ее любовь стала угасать все быстрее и быстрее. Еще чуть-чуть, и мужчина перед ней станет лишь посторонней тенью и нежеланным гостем. Но в тот момент Анна потеряет весь смысл своего существования, и что тогда? Зачем ей жить? Ей стоит стать еще одним дримцидником? Она поняла, что времени остается мало, если она хочет выбраться из лап любимого.
Анна собралась и со всей силы попыталась сделать рывок, но он ни к чему не привел.
– Не рыпайся! – завопил Марк. – И думай о нас! Осталось совсем немного… «дорогая» моя.
Она пыталась перевести свое внимание на другое, фокусироваться на стрельбе в офисе «Мэнсиса», но Марк вновь и вновь кричал об их совместных воспоминаниях. О том, как они ходили в кино, как вместе готовили завтраки друг для друга, как танцевали в клубе, как ругались по пустякам. Анна собралась и вновь сделала рывок из лап Марка, на этот раз более сильный. Настолько сильный, что Марк слегка пошатнул обеденный стол.
– Я сказал тебе не рыпаться! Ты плохо слышишь? Ты и правда думаешь, что сможешь выбраться?
Анна еще раз попыталась выбраться из оков бывшего. Это был рывок еще мощнее, и стол зашатался сильнее, на пол приземлился нож. Она мгновенно схватила острый прибор и ударила им Марка, из-за чего тот завопил и отпустил девушку.
– Тварь! Больная сука! – закричал мужчина от боли.
Она стала беспрестанно кашлять и устремилась к ванной. Анна почти достигла спасительной комнаты, но Марк успел ее схватить и потащил обратно.
– Ну уж нет! – Мужчина шипел от боли и удерживал девушку. – Куда ты собралась? Ты же так хотела, чтобы я был всегда с тобой!
Чувства к любимому стали угасать еще быстрее. Кажется, еще пара минут, и таблетки окончательно подействуют. Анна вновь стала дергаться, чтобы выбраться из сильных сдерживающих объятий, но безуспешно. Она щупала его ноги, пальцами почувствовав рану, куда вонзила нож.
– Не вздумай этого делать! А-а-а-а-а! – снова завопил он и отстал от нее.
Анна снова вырвалась из его оков и забежала в ванную. Она закрыла дверь со всей силы и мигом подбежала к туалету, предварительно положив средний и указательный пальцы себе поглубже в рот. Весь ужин мигом фонтаном выбрался изо рта девушки, а вместе с ним и частички таблетки. Она выпила воды из-под крана и вновь подошла к унитазу, чтобы снова «очиститься» от чувства безразличия и насытиться любовью, что было для нее топливом и смыслом существования.
– Открой дверь! – крикнул Марк, стучась в дверь. – Я сказал открой!
Мужчина принялся выбивать дверь. Он был одержим идеей избавиться от бывшей ровно настолько, насколько Анна лелеяла мысль снова быть с ним.
– Я все равно тебя достану и все равно запихаю в тебя такую кучу таблеток, что ты забудешь, кто ты вообще такая!
После третьего «сеанса» рвоты Анна стала ощущать, как ее чувства к Марку возвращаются. Она снова чувствовала ту самую теплоту внутри, которой ей так не хватало несмотря на то, что мужчина вот-вот ворвется в ванную и насильно запихает в ее глотку кучу таблеток «Летгоина».
