Ответ не так очевиден, как кажется. Я исхожу не из прагматики, не из того, что сегодня вот прагматически самая полезная профессия — программист. Это профессия теологическая, рискнул бы я сказать, онтологическая. Это профессия, подводящая нас к Богу, потому что мы пытаемся через программирование — и через программирование, конечно, собственной жизни — понять чертежи, по которым Бог запустил мир. Сейчас уже ясно, что мир запущен в обоих смыслах: запущен как сад и запущен как шар, как волчок. Это, безусловно, система, в которой прочитывается Творец. И вот, пытаясь понять его программу применительно к себе, мы пишем программы применительно к роботам, или к играм, или к текстовым редакторам, и так далее. То есть это профессия наиболее близкая Творцу.
Мне когда-то сказал Сергей Соловьев очень точно, что «режиссер — самая теургическая, самая демиургическая профессия, потому что мы создаем мир, и это лучше, чем его описывать, как делают писатели». Другие считают, что писатель — самая демиургическая профессия, потому что, в конце концов, писатель выдумывает все, что снимает режиссер (если, конечно, он не документалист). Наконец, вот сейчас стало ясно, что самая божественная профессия — это программист, и она подводит нас ближе всего к тому, что делает с нами Господь.
«Катерина Измайлова, «Леди Макбет Мценского уезда» — это чудовищная девиация или женщина, каких немало, просто они сами не знают, на что способны при определенных обстоятельствах? Могла бы Катерина тихо и тоскливо дожить жизнь с мужем, если бы не встретила Сергея?»
Велик шанс, что дожила бы. Но, понимаете, в чем ужас? Конечно, это не просто чудовищная девиация. Ну, в конце концов, и Гепнарова не является чудовищной девиацией, и «Заложники» не являлись. Они обычные люди. Но проблема в другом. Проблема в том, что в человеке — и особенно в русском человеке, и особенно в русской женщине, задавленной множеством обстоятельств, — вот это есть. И Лесков, может быть, первый трезвее всех взглянул, показав, что Катерина Измайлова, которой скучно, страшно скучно, в которой томится, сквашивается, перекипает вот эта ее огромная женская сила, — что она способна вот на такое, что эта сила вырвется вот так.
Ведь Катерина Измайлова — это не история частного преступления, не история того, как тесть погиб, поев грибков. Это история о том, как женщина очень, в общем, узкого и хитрого, но приземленного ума, женщина больших страстей и огромной жестокости и силы не находила себе дела и места. И вот тогда из нее вот так вырвалась эта сила, такой страшной огненной вспышкой. Это история о том, как сама Россия может рано или поздно вот так взорваться. И именно поэтому «Леди Макбет Мценского уезда» в качестве оперы была так принята восторженно публикой, и холодно — властью, начальством.
Just Photos (автор, приславший мне письмо) решил мне изобретательно нахамить. Just Photos, милый, ты приезжай сюда и нахами мне здесь. Или у входа. Или в студии. И я на тебя посмотрю. А трусливые глупости писать — ну, это, по-моему, изобличает какого-то мелкого, очень закомплексованного (уже на этот раз в дурном смысле), неуверенного в себе человечка. Приезжай, милый, мы поговорим с тобой. Я не думаю, что у тебя хватит пороху.
«Смотрели ли вы сериал «Рим»?»
Нет, я смотрел фильм Феллини «Рим». По-моему, очень хороший.
«Каково ваше мнение? На мой взгляд, это один из лучших, а может быть, и лучший исторический сериал, что неудивительно, ведь по бюджету он почти равен «Игре престолов».
Понимаете, нет телевизора, и в компьютере нет времени это смотреть, ну просто физически нет времени смотреть сериалы. Слава богу, что еще сохраняется время как-то читать книжки. Поэтому, видите, к сериалу, к сожалению, как к жанру у меня отношение довольно суровое, потому что вещь, которая не имеет… Помните, как говорил Лотман: «Что не имеет конца — не имеет смысла». Протяженность сериала во времени мне кажется чрезмерной. На таком пространстве почти невозможно сохранить напряжение, невозможно сохранить осмысленное и сколько-то нестандартное высказывание. В остальном, конечно, к историческим сериалам я бы, наверное, относился с особенной любовью, если бы были у меня проблемы с засыпанием. Но у меня скорее проблемы со своевременным просыпанием.
«Если можно, еще раз про «Анну Каренину».
Да ради бога. Я сам в общем-то к «Анне Карениной» отношусь с нежностью.
