…он был на сколька-та старше.. Маши.. он был на фронте… и именна уже вайна как кончилась и. сначала. он где-та после вайны служил как-бы в Истонии. но тоже видна фсякае. ну ахрана фсякая. а патОм ево! а ваенных направляют туда-сюда! ани-же не сами-же эта! напрАвили на этат. в Магадан… там он в лагере был в ахране. но и не прастым ахранникам а у нево афицерский-же чин уже был. так-што вот так.. а патом он уже уволился из армии и в Нарве ахранникам што-ли? на платине работал. тоже умир рана. как гаваритса мущщин никаво.. долга ни пратинули… и я как раньше Адам Андреича ни панимала. тоже. фсё што. какой идиот! а веть он сначала фсю Финскую!. на фронте. и патом. сразу на этат фронт. эта-же!..»
…Тогда Илья ехал домой в автобусе из Нарвы. Видимо, ездил по делу в российское консульство, которое там открыли через какое-то время после отделения Эстонии от Союза. Сначала мимо Синимяэ, потом – Силламяэ76. Это примерно на полпути от Нарвы до Йыхви. В советское время Йыхви был одной из частей шахтёрского города Кохтла-Ярве. Теперь всё иначе, теперь это отдельный город… как до войны. Теперь всё наносное и чужое выдирается с корнем… Да. Так вот, а в Синимяэ у них проходила когда-то школьная «Зарница». Это в Советском Союзе школьников знакомили со всякими военными штучкам. Так – детский лепет – но товарищам в Москве было приятно, а господам за границей, наверное, даже страшно. У Ильи был деревянный «Калашников» – сам выстрогал – дрожи, Америка! В школе, ну и в техникуме потом, были и ещё какие-то глупости, где учащимся показывали азы строевой подготовки. Это когда всем нужно идти одинаково и по определённым правилам, как роботы. Показывали и настоящие автоматы и как-то даже давали из них стрельнуть в Йыхви на стрельбище за парком. Ну это там, где теперь американцы эстонцев защищают. Почему в войнушку им нужно было играть в Синимяэ? Ну, во-первых, место хорошее – горы, заросшие лесом. Горы – это, конечно, весьма относительно, и звучит громче, чем есть на самом деле. Эстония вообще плоская, как тарелка, а если чуть какая кочка, так уже и гора – Синимяэ и переводится как «Синяя гора». Синяя – это из-за леса, который на расстоянии, как известно, «синеет». Ну, а во-вторых, кочка не кочка, а вполне серьёзное естественное препятствие, которое в случае войны можно использовать, как укрепление. Во время последней войны так и было. Немцы укрепили эти горки, и нашим пришлось приложить немало упорства и положить там немало солдатиков. Там вся земля напичкана до сих пор железом да порохом. Мальчишки с Илюхинова двора, ну те, которые побезбашеннее, ездили туда копать порох, и ещё в какое-то место недалеко от Кохтла-Ярве в сторону Таллина, где поле была пополам с порохом. Так что для школьной войнушки в самый раз. Это проезжая мимо, Илья мог вспомнить всё это, как войнушку. На самом деле это было не так. В войнушку они играли во дворе с друзьями, и это было интересно. На «Зарнице» нужно было по каким-то идиотским командам бежать «куда-то» и искать «кого-то». Никто ничего не понимал, и все бегали беспорядочно, как бараны, туда-сюда – всё для «галочки», как обычно. Удивительно, что за пределами Советского Союза эти «галочки» действительно боялись. Переехав в Финляндию в девяностые, Илья с изумлением увидел в Хельсинки массу бомбоубежищ, которые до сих пор поддерживаются в состоянии боевой готовности. Это ему напомнило строевую подготовку – не в школе, а настоящую, когда нужно, как автоматы, без устали и какой бы то ни было мозговой активности делать то, что кто-то когда-то приказал. Даже во всех новых районах Хельсинки строят эти бомбоубежища до сих пор, чему Илья не перестаёт удивляться, хотя проработал там на стройке уже лет двадцать!
А в Силламяэ Илья учился в Горном техникуме. Если кому-то незнаком шахтёрский жаргон, то «горный» – это не там, где альпинисты, а там, где шахтёры. В Эстонии добывают сланец. Это такой камень, вроде угля, но уголь – это лес, который чем-то засыпало, и он за миллионы лет превратился в горючий камень чёрного цвета, а эстонский сланец – по тому-же принципу образовавшийся коричневый горючий камень, но не из леса, а из остатков морской или речной живности: слой сланца, слой известняка, слой сланца… ну и так далее. Слой сланца – значит жизнь в тот далёкий период процветала, известняк – минимум жизни. Илья, когда работал на шахте, не уставал разглядывать в сланце и известняке всякие ракушки да водоросли. Илья надеялся разглядеть, что-нибудь посущественнее, вроде динозавра, но, видно, динозавры туда не часто заплывали, а может период образования этого сланца был и вовсе нединозавровый.
