Один из нас вернулся полностью

– Играем в вопрос-ответ? – Она отпивает из бокала. – Отлично. Тогда вот мой вопрос: почему ты мне грубишь?

– Ой, хватит. Ты все время тут торчишь – и все время одна. Непохоже на Ванессу, которую я знал в школе.

Она приподнимает брови:

– Ты намекаешь, что я прихожу сюда ради тебя?

– Нет, – говорю я. И это чистая правда. Ванесса флиртует с каждым встречным, но во время наших разговоров у меня ни разу не возникло чувства, что она это всерьез. – Может, ты на Гэвина глаз положила?

– На кого? – нахмурив лоб, переспрашивает она.

Вот это да! Бедняга Гэвин.

Я молча смотрю на Ванессу, пытаясь сформулировать следующий вопрос, но тут она опережает меня:

– Говори уже. Хватит испепелять меня взглядом.

Что ж, сама напросилась.

– Мне тут подумалось, что ты ищешь встречи с Джейком…

Ванесса мрачнеет:

– Ты серьезно? Разумеется, я без ума от уродов, которые унижают своих девушек и помогают дружкам-психопатам рушить чужие жизни. Сто процентов мой типаж!.. Господи, Нейт, поверить не могу, что ты так обо мне подумал!

Судя по выражению лица, я правда ее расстроил.

– Прости. Не знал, что ты его осуждаешь, – говорю я и не могу не добавить: – Думаю, Эдди тоже не знает.

Ванесса размешивает трубочкой остатки напитка:

– Она знает, как я сожалею обо всем, что случилось в выпускном классе.

– Ты попросила у нее прощения?

– Нет, но, разумеется, мне очень жаль. Я же не чудовище.

– Это так не работает.

Ванесса тяжко вздыхает, продолжая вертеть в руке соломинку:

– Да понимаю я, понимаю. Это не так просто. Я хотела подойти к Эдди у тебя на вечеринке, однако слишком быстро напилась и стало не до того. Поверь, когда сюда заявился Джейк, я тоже пришла в ужас. Никогда бы не подумала, что его пустят в клуб! А я сюда прихожу… из-за его матери.

Странно, что эта новость меня удивила. Мог бы догадаться, учитывая, что в прошлый раз Ванесса буквально следила за миссис Риордан. Но если Джейк Ванессе не интересен – что ей понадобилось от его матери?

– Зачем тебе миссис Риордан? – спрашиваю я.

– Она была большой шишкой в «Конрад и Олсен». – Встретив мой непонимающий взгляд, Ванесса поясняет: – Это крупнейшее рекламное агентство в Сан-Диего. У них офисы по всему миру: в Лондоне, Париже, Сиднее и так далее. Я безумно хотела пройти у них стажировку этим летом, а меня даже не пригласили на собеседование. Думаю, они все еще злятся на моего отца.

– Почему злятся? – Прищурившись, я разглядываю стаканы. Посудомойка, похоже, барахлит – плохо высушены. Я беру полотенце. – Чем провинился твой отец?

– Несколько лет назад его фирма заказала у «Конрад и Олсен» рекламную кампанию, однако результат папе не понравился и он им не заплатил. Вот и все. – Ванесса болтает в бокале соломинкой. – Честно говоря, он был прав. Они сделали нечто кошмарное. Им явно не хватает в штате меня. В общем, миссис Риордан раньше была там соуправляющим директором. Вот я и подумала: не замолвит ли она за меня словечко? Она пообещала помочь. После смерти второго директора компанию реструктурировали. Прямо она не говорила, но похоже, что ее оттуда выперли.

– Не повезло…

И правда, не позавидуешь. Не зря мне казалось, что у миссис Риордан слишком много свободного времени, которое она мечтает чем-нибудь занять.

– Похоже, мой план попасть в «Конрад и Олсен» провалился, – вздыхает Ванесса. – Может, оно и к лучшему, учитывая, какая у них теперь репутация.

– Какая?

– Сомнительная. Это им принадлежит билборд на Кларендон-стрит.

– Правда? – Я перестаю протирать стакан.

Мейв по-прежнему ищет связь между этим билбордом и происшествием с Фиби, но пока ничего не обнаружила. Версия с Джейком зашла в тупик, ведь обои на его веранде не подошли под описание Фиби. Так или иначе, любопытно, что мать Джейка работала именно в этом агентстве.

Какая там любимая присказка у Мейв? «Не доверяй совпадениям».

– Ага. Из-за этого они потеряли много денег, – продолжает Ванесса. – Брешь в системе безопасности отпугнула клиентов. Возможно, мне повезло, что меня туда не взяли.

– Значит, если миссис Риордан тебе помочь не в состоянии, а на Гэвина ты не запала…

– Да скажи уже, кто это! – перебивает Ванесса.

Как только увижу Гэвина – посоветую, чтобы нашел себе новый объект для воздыханий.

– …тогда зачем ты сюда приходишь? – заканчиваю я.

Я спросил это в шутку, однако Ванесса густо краснеет и опускает взгляд:

– Не знаю, заметил ли ты, но все мои бывшие одноклассники меня ненавидят.

– Не все, – говорю я, и она кисло усмехается.

– Неужели мои чары на тебя подействовали?

– Сюда приходят люди и похуже тебя.

– Спасибо за комплимент!

– Слушай… Если хочешь обсудить, как ты вела себя в старших классах, тебе не со мной надо говорить. Периодически ты и на меня наезжала. Я сам наговорил много лишнего, пусть даже ты меня провоцировала. И знаешь? Мне за это стыдно. Прости за то, что делал грязные намеки тогда в кафетерии – после того, как все узнали про ориентацию Купера.

Ванесса изумленно моргает:

– Ты извиняешься за то, что защищал Купера? Скорее, это я в тот день перегнула палку.

– Я извиняюсь за то, как именно его защищал. Зря я перешел на личности.