Один из нас вернулся полностью

– Ну… хорошо. – Ванесса покусывает большой палец, ее шея теперь в красных пятнах – может, у нее крапивница из-за нервов? – Я понимаю, о чем ты. Да, ты тоже порой вел себя по-хамски, но это не ты отпинал двух милых несчастных щенят. Ты хоть представляешь, как сложно извиниться перед человеком, который и на пушечный выстрел к тебе не подходит? Который ждет от тебя только плохого?

Вообще-то представляю. А еще знаю, как это здóрово, когда тебе дают второй шанс. Сам не верю, что говорю это, и все же…

– Ванесса, через неделю мы с Эдди устраиваем вечеринку в честь недодня рождения. Хочешь прийти?

«Я у тебя дома, – пишет Бронвин, как только я выхожу с работы в девять вечера. – С твоим отцом». Я отправляю в ответ знак вопроса, и она поясняет: «Я хотела извиниться перед ним за тот злополучный ужин, и мы решили вместе приготовить тебе что-нибудь вкусненькое».

Уверен, никаких «мы решили» тут не было. Отцу никогда не пришла бы в голову такая затея, но если Бронвин попросит, он и в адское пекло войдет. В этом мы с ним похожи. «Круто!» – пишу я. Правда, немного опасаюсь, успеют ли эти двое хоть что-то приготовить до полуночи.

Зря волновался: к делу подключилась моя соседка Кристал. По части кулинарного мастерства Кристал лишь немногим уступает Луису. Особенно хорошо ей удаются блюда из несочетаемых на первый взгляд ингредиентов.

– Фруктовый салат с мятой и кленовым сиропом! – объявляет она, как только я захожу на кухню.

– Ничего себе! – Поцеловав Бронвин в макушку, я сажусь рядом с ней за белый обеденный стол, который Цзяхао купил на распродаже, когда работал в «Икее».

Бронвин радостно мне улыбается:

– Попробуй, вкуснотища! – Затем она протягивает руку и трогает моего отца за плечо. – Может, нарезать овощей, Патрик?

Отец едва прикоснулся к еде, но теперь зачерпывает немного фруктового салата.

– Нет-нет. Все очень вкусно, – говорит он. – Просто я не то чтобы голоден…

– Главное – оставьте место для омлета на кокосовом молоке. – Кристал выливает в плошку пару сырых яиц и начинает их взбивать. – Нейт, ты не видел сегодня Регги? – обернувшись, спрашивает она.

– Нет. – Я подцепляю вилкой немного фруктового салата и отправляю в рот. И правда: странно, но вкусно. – А что?

– Он сегодня не ночевал дома, – объясняет Кристал. – Обычное дело, конечно, но вечером они с Диконом собирались участвовать в каком-то турнире по видеоиграм, и Регги все пропустил, хотя не предупреждал, что не сможет. А еще, как ты знаешь, он работает в магазине «Эппл» с подругой Дикона – Арианой. Так вот, она сказала, что Регги сегодня не приходил на работу! Я ему писала… Он не ответил.

Я замираю с вилкой у рта и обмениваюсь взглядами с Бронвин. Регги крайне редко сообщает нам о своих планах, однако на ум сразу приходит субботнее исчезновение Фиби.

– Последний раз я видел его в среду вечером, – припоминаю я. – А ты, Кристал?

– Тогда же. Хотя нет – я столкнулась с ним вчера утром, когда собиралась на работу. Так что времени прошло немного. И все-таки…

– Сутки уже прошли, – замечает Бронвин. – К тому же Регги дважды поменял планы, никому не сказав. Конечно, он не самый обязательный человек, но игры и айфоны для него – святое. Кто-нибудь связался с его родителями?

– Я с ними незнакома, – пожимает плечами Кристал. – А ты?

– Немного, – отвечает Бронвин. – В старших классах я была у Регги репетитором, поэтому и с родителями встречалась, но их номеров у меня нет. А вдруг…

– Что? – не дождавшись продолжения, спрашиваю я.

В ее серых глазах – беспокойство.

– Знаю, похоже на паранойю… Не проверить ли нам школьный сарай? – предлагает она. – На всякий случай.

– Идея хорошая, – поддерживаю я.

– Разве полицейские не обнесли сарай лентой? – говорит отец.

– Сомневаюсь, – фыркаю я. – Наши копы до такого не додумались бы.

Бронвин со стуком кладет вилку на стол.

– Прости, Кристал. Ненавижу есть впопыхах, но мне станет легче, если мы сейчас же проверим сарай.

Я не успеваю ничего сказать, потому что меня опережает отец. Отодвинув почти нетронутую миску с салатом, он резюмирует:

– Тогда поехали.

Пятнадцать минут спустя мы с отцом и Бронвин уже шагаем по школьному бейсбольному полю, включив фонарики на телефонах.

– Нам туда, за трибуны, – показываю я дорогу.

– Как же здесь тихо, – вполголоса замечает Бронвин. – Можно сказать, безмятежно.

– Это только с виду, – бормочу я в ответ, направляя луч фонарика на дверь сарая. – Закрыто, – сообщаю я, подергав ручку. – Заперто на ключ.

– Тот, кто забирал мои ключи, мог сделать копию, – предполагает отец, доставая связку из кармана. – Минуточку…

Он вставляет ключ в замочную скважину и дергает дверь, которая с протяжным скрипом открывается. Отгоняя дурные мысли о Фиби, я с колотящимся сердцем вглядываюсь в темноту. Отец освещает сарай фонариком, и…

– Никого, – констатирует он.

Бронвин светит на каждую из стен поочередно.

– Слава богу, – шепчет она.