– Искать легкие пути, по-твоему, правильно? По-моему, это полная херня. Многие просто стали зависимыми от этого дерьма. Они выходят на улицу лишь ради того, чтобы сделать классную фотку и собрать побольше лайков. Думаешь, это нормально?
Я раньше не слышал, чтобы Катя так эмоционально высказывалась. Похоже, я затронул больную тему.
– Мне кажется, ты кидаешься из крайности в крайность. Просто все нужно с умом использовать.
– Может быть, – пожала плечами девушка.
На этом наш спор угас.
Мы подошли к дому Вано. Они с Ромой как раз грузили пакеты в багажник припаркованного черного «мерса».
– О-о-о, вы вовремя! – увидев нас, крикнул Вано. – Меня Вано зовут, – представился он Кате, ставя пакет на землю и протягивая руку. – Вон того чудика можешь называть просто Опоссумом.
Рома высунул голову из багажника и помахал.
– Очень приятно. Я Катя.
– Знаю-знаю, – улыбнулся Вано и подмигнул мне. – Нам Санек все уши о тебе прожужжал. Да, Сань?
Он подошел ко мне и хлопнул по плечу. Мои розовые от мороза щеки приобрели пурпурный оттенок. Я промолчал, Катя бросила на меня кроткий взгляд и улыбнулась.
Из подъезда вышел высокий парень с банкой пива в руке.
– Я смотрю, все собрались. Можно ехать?
Допив пиво, парень бросил жестяную банку в урну и сел за руль.
– Это Колян, – шепотом проговорил Вано. – Он сегодня не в настроении – с девушкой расстался. Так что вы с ним это… поосторожнее.
– А нормально, что он пьет, когда ему за руль? – удивленно спросил я.
– Не боись, он всего пол-литра выпил, – успокоил меня Вано. – Запрыгивайте в машину.
Спорить мы не стали и сели в тачку. Я оказался посередине, между Опоссумом и Катей. В салоне было тесно, но свои плюсы в этой ситуации тоже были. Нога Кати соприкоснулась с моей, по телу пробежала приятная дрожь.
– Вано, адрес мне скажи.
Колян уже выруливал со двора и на выезде чуть не сбил старушку, ковылявшую по пешеходному переходу.
– Старая пизда! – выкрикнул он в окно и снова обратился к Вано: – Ты мне адрес скажешь, куда ехать-то?
– Думаешь, я его наизусть помню? Подожди пару секунд.
Пока Вано вбивал в навигаторе адрес, Колян врубил на полную русский рэп и закурил. Болтать в такой обстановке было невозможно. Катя не отрываясь смотрела в окно. Я чувствовал, что ей с нами неуютно, и уже начал жалеть, что потащил ее с собой.
– Ты чего такая невеселая? – прокричал я ей на ухо.
Она оторвала взгляд от окна и посмотрела мне в глаза.
– Все нормально.
Следующий жест, который она сделала, для меня оказался полной неожиданностью. Ее рука опустилась мне на колено. И снова пробежала приятная дрожь, только усиленная многократно. Я никогда не был робок с девушками. Но рядом с Катей я постоянно чувствовал себя стеснительным ребенком, который боится сделать первый шаг. В данном случае уже второй шаг, первый был за ней. Собрав всю свою решительность, я накрыл ее маленькие пальчики своей ладонью. Красные губы снова растянулись в улыбке.
Мы неслись по МКАДу со скоростью не меньше ста восьмидесяти. Коля курил сигарету за сигаретой и постоянно матерился на «тупых» водителей, которые «плелись как черепахи» и «заставляли» его перестраиваться. Радовало, что хоть пиво он не пил, а то руль пришлось бы держать зубами.
С нами поравнялся черный тонированный джип, начал угрожающе сигналить. Колян открыл окно и показал средний палец. Водителю джипа это не понравилось, и он решил нас подрезать. Коля в этот момент прикуривал очередную сигарету. Когда он схватился за руль и резко повернул вправо, было уже слишком поздно. Машину начало заносить. Пальчики Кати вцепились в мою ногу. Я крепко сжал их. Нас стало кидать из стороны в сторону, затем последовал сильный удар. Яркая вспышка, все тело пронзила боль.
Что произошло? Я попытался пошевелиться, но изнывающее от боли тело меня не слушалось. Словно огромная бетонная плита упала на меня, переломала кости и раздавила внутренности. Что-то теплое с металлическим запахом капало мне на лицо, сознание медленно покидало меня. Резкая боль пронзила руку. Вдалеке слышались приближающиеся сирены «скорой помощи». Повсюду голоса, крики, чей-то плач. Все как в тумане, все вокруг окутано пеленой. Новая вспышка боли в плече. Что-то тащит меня. Куда? Где я? Ужасно больно. Терпеть невозможно. Я закричал. Цвета стали меркнуть, к горлу подступила тошнота, утренний кофе с бутербродами оказался на моей куртке. Пустота. Я лежал на земле. Вокруг горели огни – красные, синие, белые. Мир мерцал и переливался. Опять крики. Я закрыл глаза…
А когда снова открыл, был не в силах повернуть голову, не в силах пошевелиться. Я очутился в коробке. В железном ящике. Гроб? Нет, слишком большой… Надо мной нависли два лица. Сложно было сфокусироваться. Кажется, одно из них было женским.
– Катя? – пробормотал я.
– Тише, тише, береги силы, – сказал мягкий женский голос.
Я попытался спросить: «Катя, это ты?» – но мне на лицо натянули какую-то штуку. Сопротивляться не было сил, я не мог пошевелить даже кончиками пальцев. Дышать стало легче. Тело расслабилось.
