— А ещё к олам Ширгу и Доргу обратись. И купи у наших купцов пшеницу и мясо, — это уже я с Алексом посоветовал.
К ужину добровольные помощники Мона распределили между собой места в будущем Кабинете министров с правами комиссаров. «Будут пока — и. о.»…
Нестор Северов стал министром иностранных дел. Его брат — главным казначеем. Лавров — министром по перевооружению ВС Великого княжества Агра. Ян Цапник — главным полицейским. Он сразу полицию нравов учредил. Макс — премьер-министром и отвечал за новые технологии. Члены кругосветки расхватали портфели министров промышленности, сельского хозяйства, транспорта и связи. По делам таможни назначили Голиафа. Должность местного почтмейстера осталось вакантным. Ненадолго. Бывшие советники старого князя стали замами новых министров.
Снова прилетели ховеры. Я с Шарпом решились полетать над Агрой и её окрестностями. Пока мы парили, Макс горы свернул. Сузи копировала себя на серверы Агры и стала — Сузи Великой. Ей было «разрешено» осуществлять тотальный контроль и учёт всего и всех. Она сразу же продиктовала три пароля от секретных лифтов.
— И этот генерал хочет сказать, что бомбоубежищ тут нет? — это Монтекки с Максом обошли целый подземный город, с «ништяками». — А князь Патос был рачительный хозяин!
Казна княжества пополнилась пятьюстами тонн золота, а городское хозяйство — пятьюстами единиц строительной техники. Пока правители ходили с открытыми ртами по подземельям, Сузи посчитала жителей — 197222 человека — и попросила оказать адресную медицинскую и денежную помощь. На поверхность подняли трактора и грузовики; и полицейские Цапника стали развозить медикаменты. Привезённый мини-репликатор Макса работал, как пересылочный пункт. Сии медпрепараты брали у Парамонова.
Жители Агры сначала всполошились, а потом бросились помогать: — Они наших детей лечат! Господи, наконец-то власть к нам лицом повернулась!
Монтекки, когда поднялся на поверхность, вызвал генерала Штуца к себе.
— Ол, у вас есть хобби?
— Я марки люблю собирать. -
Марки? Будете их значить гасить. На почте. Оклад остаётся у вас тот же.
— Спасибо, князь. Господи, повезло-то как!..
От Сузи Кабинет министров стал получать готовые к применению указы, приказы, постановления и прочее. Сузи, во всю ивановскую, занималась плагиатом. Я с Шарпом, напорхавшись, остались не удел. Нас вообще-то приглашали…
— Не, это потом, — отступились шутками и разошлись по спальням.
Переночевали, позавтракали и отбыли на БМПТ, вдвоём, домой. Шарп рулил, я рассматривал из люка окрестности, косился на подаренный Максом планшетник. Туда были внесены «фотки», что я наснимал с ховера, плюс видео Сузи о достопримечательностях Агры; плюс её механически-удивлённые замечания.
Замечания касались изменённой плодородной почвы вокруг и внутри Агры; зелёных насаждениях и вспаханных полей, изменённых фронтонах всех домов горожан и разноцветной плитки мостовых улиц и площадей. «Магия, однако!» — подумал. Шарп, сидя на месте водителя, через переговорное устройство, распатякивал на разные темы:
— Роман, а какие во дворце цыпы есть! Ммм… Я сразу за тремя ухлёстывал. И Алекс, минут десять, расписывал их распрекрасную корпуленцию.
«Он их, походу, издалека разглядывал. Алекс, Алекс…»
— А «хунта» молодцы, бунт и анархию прекратили, — продолжил свой монолог Шарп, — народ усиленно стал работать, деньги есть… Помощники тоже есть… не мальчики, а прямо мужи новой цивилизации… Да, прямо новая игра у них — доведи Агру до ума. А видал, как Вацлав целый вечер поработал придворным шутом? Правда смешно было… Может нам пора жениться? А, Борн? Ты против? Зря… А, Мон, гей-парады разрешит?
— Не, он им трудотерапию устроит. С показательными расстрелами из ядерного оружия…
Так с шуточками по поводу суматошной недельки и доехали до станицы Ясной. Тридцать семь километров всего. Около таможни Алекс загнал БМПТ в военный трейлер, пригнанный с базы бригады. Я золото замкнул в кладовке. «А где мои подчинённые?» — ещё подумал. Таможня как вымерла.
— Роман, ты вечером к Макарову приезжай, он просил, — попросил Шарп, уже без всяких намёков на смешливость.
— Хорошо, герр подполковник. Пока, пан холостяк, — я его провожал.
— Сам такой. И Шарп уехал.
«А дома-то лучше. Однозначно!» Сделал потягушки и направился в свой кабинет.
«А это, что за пальмы? Кто разрешил их тут сажать, ась?» На территории таможни насчитал дюжину высоченных пальм. Листья растений были похожи на хрен.
«И, где на хрен, мои подчинённые?» Поднялся на второй этаж, заглянул в несколько кабинетов, пусто. Прислушался к невнятному шуму, доносившемуся из «горенки» моего зама Озерова. «Неужели, он у себя их всех чихвостит?» Открыл по-тихому дверь кабинета Озерова.
«Тута, родимые». У Озерова сидели все; накурили, хоть топор вешай. -
Это беззаконие, произвол. Мы не позволим…, - оратор — Фима Файбишович — гневную тираду оборвал. Это он меня увидел. — Роман Михалыч, родной, а мы вас заждались!..
Подчинённые повскакивали с мест и ринулись на меня.
— Всем чмоки-чмоки, — поздоровался.
