— Она их своими сиськами разоружит, нахрен, — буркнул Макс. Спокойный как танк, но чутка брезгливый. — Вон как из лифчика её булки вырывались.
— Стелла, по-английски лучше меня говорит, — лениво проговорил Макаров, — хотя я с ними больше семи лет общался.
— Гля, как молодёжь, нас обставила, Борн! И четыре похожих материка? Борн, я фигею!..
Курортники, углядев посудину с пулемётами, собрались паниковать и паникерствовать. Макс и Никита переглянулись. И на американский катер ноль эмоций.
— Господа курортники! Не волнуйтесь, всё под контролем, — прокричал Никита, и спокойно уселся на песок. — Я отвечаю!..
Макс, подстелив местную газету «Курортный курьер»- Ку-Ку для нас — также присел. И сидя позвонил капитану Вилькицкому. На всякий случай.
— Ждём-с. Сейчас только Шатрову позвоню, — сообщил. — Это же его епархия.
Потом стал снимать видеоряд на мобильник…
Жить хорошо, а хорошо жить ещё лучше. Но если ты выходец из кварталов нищих гетто, у тебя призывной возраст, и есть проблемы с законами штата, то в участке тебе говорят:
— Парень выбирай: или тюрьма или армия, добровольцем, ать-два.
Так им говорили, почти слово в слово, шерифы их графств. Все четверо, естественно, выбрали армию. Точнее береговую охрану.
— Тупой ублюдок, это же флот! С подчинением министерству финансов!
— Сэр, самоё тось, сэр.
Шерифы обычно махали после этого рукой, а их помощники, разочарованно, снимали наручники.
Далее призывной пункт, медкомиссия, курсы специалистов, присяга, и здравствуй береговая охрана. Республики Южный Вьетнам. Прощай, Калифорния, здравствуйте, товарищи гуки, на тропах Хо-Ши-Мина.
Разместили их на плавбазе LSD-26 «Тортуга», дали «либер» (военный катер PBR), плавайте, ребята. Не плавалось. Катер с номером — «555» — бился и ломался.
— Катер поломатый, сэр.
— Головы у вас поломанные, тупые ублюдки! — раскипалось начальство и отряжало их на хозработы, тягать тяжести, иногда запросто так.
Ребята втянулись и даже стали получать от этого удовольствие.
В возне-суетне пролетел месяц, и притопало горластое начальство. То же самое…
— Кто это написал? — на катере было коряво написано самоназвание: «Улыбливые». — Прибью, тупого дармоеда!
— Не кипятись, лейтенант. Катер им отремонтировали, счас пойдут в паре с О'Хара в деревушку Сунь-Высунь, заберут врачей из Красного Креста, — капитан Буш-средний пошёл командовать дальше, их лейтенант раскашлялся, а парни стали готовиться к рейду…
— Ну, поплыли…
Бац. На катере появилось тринадцатое повреждение, а в воды Меконга упал ящик с консервами.
— Гамно плавает, мы ходим, ублюдки, — высокомерно проорал О'Хара, под дружный хохот обслуги плавбазы.
— Начинается, — Сильвестр Стэлло́ун, по прозвищу «Рэмбо» посмотрел на Жака «Кола» ван Дамма. Тот на А. Алоиса Шварценеггера. И все вместе — на их горе-капитана Джима Керри.
— Что смотришь? Плывём же…
Прошли миль двадцать за «618-м» О'Хара и потерялись в тумане. Радар и радио реально сдохли.
— Джим, а где запасная батарея для рации?
— Я её на пистолет обменял.
— Идиота кусок! Как мы теперь с «Тортугой» свяжемся?
— Каком! Не ори. Разорался. Счас к берегу подойдем…
Причалили. С тёмного неба закапал нудный дождик. От берега шла узкая тропка и упиралась в широкую тропу, идущую параллельно реке, Рэмбо пошёл на разведку. Через пять минут принёс связку бананов и молчаливое тело, на правом плече.
— Идиота кусок! Ты кого принёс?
— Гука.
— Сам ты гук. Нефритовый…
Тело европейца имело странный камуфляж, а его паспорт — чудной алфавит. Тело связали, надели на голову мешок и спрятали под брезент.
— Валим отсюда, — сам себе приказал Керри.
Отчалили и воспарили. Так им всем показалось. Туман исчез, но видимость была гадской. Двигатели молчали, катер двигался, а джи-ай забыли об оружии, вконец…
— А это, что за хер на лодке?
По зеркальной поверхности чего то, на контркурсах, «парила» странная лодка с длиннобородым стариком с веслом.
— О, майн гад! Сам ты, Джимми — хер. Это лодка Харона. Мы в подземном царстве Аида! — вспылил Конан-знайка, а старик в тунике, укоризненно покачал головой.
А потом под катером, на глубине, стало проявляться что-то большое, светящееся и жуткое.
— Мама. Хочу домой, в Лас-Вегас! — заполошный выклик почти что «Мистера Вселенная».
В глаза бухнула чернота, катер рухнул вниз, шлепок о воду и резкий солнечный свет в очи. Джи-ай, толком не проморгавши, услышали из-за борта женский голос «на правильном английском»:
— Привет, мальчики! Можно на вашу посудину? Я — Стелла…
Вояки, мельком оглядев непонятные окрестности с пляжем во главе, вытащили на палубу напросившуюся цыпу.
— О, майн гад! Мини-бикини!..
А Стелла, рассмотрев их лица, вдруг стала хохотать. Её угостили бананом, с напрягом своих. Секси, посмеиваясь, банан скушала, кожуру бросила на брезент, прошлась, осматривая катер, и себя показала. Четыре «мартовских кота» с вожделением смотрели на дефиле дивы морской…
— Воюем, мальчики, да?
— Ага!
— Надоело?
— Ага!
— А я тут одного крутого полковника знаю, он сможет вас дембельнуть. В кино…
— Ага! А гдесь мы?
— А это местный Лас-Вегас. Казино, девушки, пиво, пляж, казаки с шашками.
