– Я могу дать анонс для своих покло… – Он стер слово «поклонники» и написал «подписчики». Не время для тщеславия!
– Да. Ты можешь написать, что обладаешь уникальной информацией, но выкладывать фото и видео ты не должен.
– Почему? – тут же спросил Карпуша.
– Потому что будет еще информация.
Прекрасно! Чудесно! Охрененно! У него будет еще информация! Но кое-что хотелось бы узнать прямо сейчас.
– Девушка с фото жива? – спросил он и затаил дыхание.
– В каком-то смысле, – уклончиво ответил информатор.
– А остальные? С ними все в норме?
– Это зависит от того, что считать нормой.
– Я видел похожие раны! – Карпуша вдруг испугался собственной догадки. Испугался и возрадовался одновременно. Все-таки, он чертов гений! Он умеет задавать правильные вопросы! И делать правильные выводы! – Это дело как-то связано с аварией на старой дороге?
Ждать ответ пришлось так долго, что Карпуша подумал, что чем-то разозлил или обидел своего собеседника, но пришедшее сообщение вернуло ему душевное равновесие.
– Я в тебе не ошибся.
– Это означает «да»? – тут же спросил он.
– Жди! – появилось на экране одно единственное слово.
Как же Карпуше хотелось выложить все эти фотки в своем блоге! Сначала фотки, а потом, когда подписчики ошалеют от нетерпения, и видео со своими комментариями! Но какие у него могут быть комментарии? Что вообще он знает о случившемся? Что вообще он знает об этой странной болезни, превратившей красотку в чудовище?!
Как обычно, на помощь Карпуше пришел Интернет! Карпуша умел добывать информацию так же хорошо, как и транслировать ее в массы. Он начал искать!
Раны, загадочные болезни, аномальное строение челюсти, странные укусы, бешенство…
Он начал именно с бешенства, прочел несколько научно-популярных и несколько заумно-медицинских статей на эту тему. Полученных знаний хватило, чтобы понять – бешенство тут совершенно ни при чем! Искать причину случившемуся нужно совершенно в другой плоскости. И плоскость эта была мистического плана. Поиски плавно и как-то незаметно увели Карпушу от рационального к иррациональному.
Первым делом он прочел все, что сумел найти, по ликантропии. Историческое, псевдонаучное, медицинское! Он увеличил и приблизил лицо девушки, чтобы получше разглядеть челюсть.
Могла ли обычная городская девчонка превратиться в оборотня? Ну, чисто гипотетически. Гипотетически, могла! И полученное от информатора видео было наилучшим тому подтверждением. С челюстью явно было что-то не то. Карпуша всматривался в увеличенный снимок до рези в глазах: изучал рану на тонкой девичьей шее, изучал строение челюсти и форму зубов. Нет, не зубов – клыков!
И вот тогда, в мутный предрассветный час, Карпушу настигло озарение! Он вспомнил прабабкины рассказы, он вспомнил историю, которая в детстве казалась всего лишь страшной сказкой, а сейчас прямо у него на глазах начала обрастать плотью, щериться окровавленными клыками. Не волчьими клыками, как ему думалось, а вурдалачьими!
Подобное уже случалось в Гремучей лощине много лет назад. Оно было настолько страшным и настолько невероятным, что местные жители предпочли о нем забыть. А тех, кто не забыл, таких, как Карпушина прабабка, называли чокнутыми. А прабабка рассказывала странное. Про то, как летом сорок третьего из местной деревеньки исчезали жители. Исчезали, чтобы ночью вернуться неживыми, чтобы вернуться нежитью и сожрать тех, кого когда-то любили. К прабабке, тогда еще молодой девчонке, тоже приходил не-живой. Скребся в окошко черным когтями, просил, чтобы впустила. Кто это был? Карпуша забыл. То ли друг, то ли кто-то из родственников. Кто-то, настолько близкий, что она едва его не впустила. На этом месте прабабка надолго замолкала, жевала сухие губы, терла слезящиеся глаза заскорузлыми старушечьими пальцами, и маленькому Карпуше приходилось ее торопить, спрашивать, что же было дальше!
А дальше было страшное. Дальше на сцену выходил старик с охотничьим ружьем. Наверное, он тоже был каким-то Карпушиным родственником, потому что прабабка называла его дедом и смешно, по-детски хихикала. Старик шептал молитву. Молитву прабабка знала наизусть, несмотря на то что была древней и почти выжившей из ума. Этой молитве она научила и «невинного ангелочка Карпушеньку», кажется, он помнил ее до сих пор. Это была молитва мученику Киприану, оберегающая от нечистой силы. Старик читал молитву, когда заряжал ружье, когда гостеприимно распахивал дверь и когда стрелял в голову тому, кто пришел в ночи. На этом месте прабабка переставала хихикать и начинала плакать, а, наплакавшись, продолжала свой страшный рассказ про черную кровь, черные глаза, черные когти, черную дырку в голове. В этом черном белым и ярким оставались лишь зубы, которые прабабка почему-то называла смешным словом «зарезы». Вот теперь Карпуша начинал понимать, почему. Он смотрел на фотографию и понимал, что такими страшными зубами только резать. Резать и кромсать слабую человеческую плоть, чтобы потом пить сладкую человеческую кровь…
