Головы нет. И, наверно, уже не будет. Надо было обыскивать их всех перед выходом. Думаю, она давно уже валяется где-нибудь в ущелье. Под монастырским плащом можно полтела пронести. Не то что голову.
Неужели Фруктус? Не могу поверить. Ладно, давай заканчивать с обыском. Осмотрим келью Вентриса – она одна осталась.
Тебе не кажется, Авва, что наш прибалт в последнее время стал каким-то слишком хитрым.
Ты же говорил, что он туп и ленив?
Это мне сначала показалось. А теперь я вижу, что этот выблядок гроссмейстерский не так уж прост.
Выблядок?
Откуда законные дети у Гроссмейстера Тевтонского ордена? У них три обета: бедность, послушание, безбрачие. А сами – жадные, отмороженные кобели.
Кто из нас без греха? Пусть первый бросит камень. А в чем его хитрость?
Камень-не камень, а вот когда греки нас с тобой под Константинополем забросали горящими горшками, то тевтонцев-то как ветром сдуло… Хитрость его в том, что он в последнее время внимательно на всех смотрит. Как будто чего-то хочет. И молчит.
Интересно. Донос по всей форме.
Донос? Кому? Папаше?
Нет. В Рим. Послушай, это про покойного Доминика:
«… по абсолютно достоверной информации, располагаемой мной, источник которой я не могу раскрыть даже Вам, Ваше Высокопреосвященство, отец Доминик неоднократно состоял в кровосмесительной связи с собственной сестрой…»
Что за бред?
Прочтем попозже. Там не только про сестер. Там про всех нас. Бенедикт, в нашем монастыре происходит что-то абсолютно невыносимое. У викария отрезают голову. Голова исчезает. В комнате Фруктуса, человека, которого я готов подозревать в самую последнюю очередь, находится нож со следами крови. У араба хранится запрещенная литература. У служек обнаруживается украденное церковное имущество. У пономаря лежит донос на всех с обвинениями черт знает в чем… Что скажут в Риме? Ты знаешь, что кардинал уже подумывает, не передать ли наш монастырь доминиканцам?
Знаю. Сколько у нас есть времени?
День. На все про все. Сейчас у нас в гостях около тридцати паломников, которые с восторгом обсуждают появление монаха без головы. Допустим, сегодня мы их не выпустим. Сошлемся на снегопад и лавины. Но завтра…
Итальяшек повесим. Араба сожжем. Прибалт упадет со скалы. Главная проблема – смерть Доминика.
Не смешно, Бенедикт. Надо найти убийцу. Надеюсь, что это не Фруктус. Пора допрашивать наших… заблудших братьев.
Как учит Абеляр, начнем с простого. Сложное нам еще успеет надоесть. Впусти воришек!
Грацио и Плено!
На колени, подонки!
Покайтесь грешники, ибо приблизилось царствие небесное. (Пауза.) По крайней мере, лично для вас.
Мы не убивали Доминика, отче, если ты это имеешь в виду!
А вы подумайте. Может, найдете какой тайный грех у себя?
Тайный грех? Не понимаем.
А что вы хранили в тайнике под полом?
Отче! Под полом мы ничего не храним.
Ни под полом, ни под потолком!
А это что?
