В доме зажегся свет. Линн посмотрела в окно своего временного жилища. Потом на экран мобильника. Пришло сообщение. Телефон лежал на кухонном столе рядом с тарелкой с салатом, который она приготовила себе. Она налила в раковину еще дождевой воды из стоявшей перед домом под водосточной трубой бочки. Вымылась до пояса. Огляделась в полумраке. Темные контуры пустых домишек. По одной из крыш пробежала, затем скрывшись, белка. Она зачерпнула еще воды и смыла остатки мыла с себя. Закуталась в тонкое сари и вошла в дом. Быстро надев черные джинсы, футболку и кенгуруху, она подтащила электрообогреватель ближе, села за кухонный стол и начала есть салат. Грецкие орехи и косточки граната трещали на зубах. Она нажала на экран мобильника. И у нее все похолодело внутри.
Потом пришло еще одно сообщение.
«Черт», — подумала она. Кто-то находился в ее доме на Тантогатан. Кто-то, кого засек датчик, установленный над входом. Потом включилась следующая камера. Спрятанная внутри. Она все еще снимала. Линн быстро кликнула по имевшейся в сообщении ссылке. Экран сначала зарябил, потом она увидела свою комнату. По ней двигался, время от времени останавливаясь, человек. Темный силуэт наклонился под мойку. Похоже, некто рылся в мусоре. Широкие бедра. Светлые волосы торчали из-под черной бейсболки. Квадратный подбородок.
Клара. Нацистка, избившая ее до бессознательного состояния на лестнице дома Антона.
Линн резко поднялась из-за стола. Вытащила спрятанную под кроватью Рикарда сумку. Извлекла из нее крайне необходимую ей сейчас вещь, обулась и поспешила вниз по тропинке, ведущей к ее дому. Она прятала мобильник в руке, чтобы его свет не выдал ее. Через несколько минут добравшись туда, остановилась у красного забора на Тантогатан. Сделала глубокий вдох. Проверила камеру в последний раз. Клара по-прежнему находилась на кухне.
Линн выключила запись и мобильник и перебралась через ограду. Словно кошка во время охоты, она бесшумно скользила по поросшим травой кочкам. Старалась не наступать по посыпанные гравием дорожки, вместо этого шла по мягким клумбам и в конце концов оказалась перед входной дверью своего дома. Ни звука не доносилось изнутри. Но Клара еще оставалась там. Линн порылась в карманах. От ненависти у нее резко подскочил пульс. Его удары эхом отдавались в затылке. Капельки пота выступили на спине. Она прижалась к стене. Попыталась взять под контроль свои эмоции. Крепко сжимала металлический предмет в руке.
Ждала.
Заскрипела дверь.
Черный силуэт шагнул наружу. Клара осторожно закрыла дверь и огляделась. Линн шагнула к ней. Направила газовый баллончик ей в лицо. Нажала. Попала в цель. Клара взмахнула фомкой. Линн увернулась от вспоровшего воздух инструмента. Потом быстро устремилась снова вперед, опять использовала газ, а затем сбила Клару с ног, когда та застонала, закрыв лицо руками. Нацистка повалилась на бок, ударившись локтями о гравий. Она выла. Свернулась калачиком. Глаза слезились.
Сама виновата. Линн сознательно обошлась с ней слишком жестоко. Она не собиралась вступать в честный бой, в результате которого Клара снова могла сбежать. И, наклонившись над Кларой, загнула ей руки за спину и связала их толстым скотчем. Клара брыкалась. Линн схватила ее за лодыжки, связав и их тоже, а потом перевернула нацистку. Посмотрела ей в лицо. Взгляд Клары пылал ненавистью, трудноразличимой в потоках слез, бежавших из ее красных глаз. Но примерно на такой результат Линн и рассчитывала, она не желала больше рисковать. Она использовала баллончик с CN, или слезоточивым газом, ОС, вытяжкой жгучего перца, и небольшим количеством ультрафиолетовой жидкости. Последняя могла сыграть свою роль, если бы Клара сбежала, и позднее ее пришлось бы идентифицировать.
Это была неприятная смесь. Но эффективная.
Открыв вентиль, Линн подала воду в поливочный шлаг. Сделала слабую струю.
— Не закрывай глаза, — сказала она и направила ее на лицо Клары. Та моргала и кашляла. Но так Линн хотела смягчить ее боль. Клара вертелась на земле, но она неотступно следовала за ней со шлангом. Возможно, это напоминало пытку водой, но здесь Линн уже ничего не могла поделать.
— Еще минуту, — сказала она и довела свое дело до конца, хотя прекрасно понимала, что это нисколько не улучшит отношения между ними. Она выключила воду, вытерла руки о колени и, достав свой мобильник, сфотографировала опухшее лицо Клары вблизи. Потом она набрала номер Рикарда. Тем временем в доме под матрасом кровати Линн продолжали мигать красные цифры.
44 минуты и 33 секунды.
32 секунды.
31 секунда.
Судя по всему, у Клары было серьезное воспаление глаз. Они все еще слезились, а кожа лица покраснела. Рикард догадался, что против нее использовали слезоточивый газ. Он покосился на Линн, которая чем-то занималась в доме.
