Одинокая охота полностью

Эрик, еле волоча ноги, шел в сторону своей квартиры на Седра Агнегатан. Пусть до нее было всего несколько минут ходьбы от участка, ему казалось, что перед ним раскинулась бескрайняя пустыня. Он с трудом различал людей, попадавшихся ему на пути. После встречи с Линн словно бездна разверзлась у него под ногами. Остаток дня он провел словно в тумане.

Эрик взвесил на руке свой мобильник, который, казалось, многократно потяжелел с утра. Немудрено, ведь именно этот на вид безопасный предмет стал страшным инструментом в руках его возлюбленной и причинил немало бед.

Осознание того, что человек, которому он безгранично доверял, предал его, далось Эрику тяжело, и он не представлял, как сможет дальше жить с этим.

Он прибавил шаг. Исабелла могла прийти из магазина в любой момент. Он получил ее эсэмэс полчаса назад. Она уже закончила работу. Он повернул за угол, миновал вход на станцию метро «Родхусет» и увидел покрашенный в песочный цвет фасад дома, где жил. Сбоку виднелся «Сальт». Ресторан, где они познакомились. Он выглядел точно как тогда. Запотевшие окна. Радостные лица. Влюбленные пары. Казалось, с той поры прошла вечность.

Линн обнаружила явные следы вмешательства на его телефоне. Все оказалось так, как он считал. Если не хуже. Приходившие к нему материалы их последнего расследования Исабелла копировала и переправляла себе самой с его мобильника. Или еще дальше. По некоторым частям она составляла что-то вроде итоговой справки. Другие, пожалуй, перефотографировала. Линн удалось выяснить все, что происходило, пусть Исабелла и пыталась подчищать концы за собой.

Эрик сидел за обеденным столом и ждал. Неприятное ощущение в животе не проходило. Последнее восстановленное Линн сообщение касалось стрельбы в складском помещении в Нака Странде, где чуть не погиб Юнгберг. Исабелла в своем эсэмэс, похоже, сомневалась в важности того, что ей удалось найти. «Пожалуй, это тебе не пригодится», — написала она. И все равно отправила эту информацию на неизвестный «левый» мобильник, который она также использовала и в других случаях.

Скорей всего, принадлежавший Росомахе.

Даже если Клара использовала другой номер, вряд ли дело обстояло иначе. Все пути вели к нему.

К человеку, чья фотография у них сейчас была. На ней он был запечатлен спящим, и его лицо находилось четко в фокусе. Линн получила этот подарок от Эзги, когда та «нашла» его в своем мобильнике. Этот человек сейчас бесследно исчез. Но ему переправили отчет о случившемся с Юнгбергом. Он содержал все данные, касавшиеся трагического события: время, место, результаты экспертиз и рабочие гипотезы. А также личные данные пострадавшего.

И их отправили Росомахе сразу же после того, как в Юнгберга стреляли.

А до того Росомаха получил секретные материалы полицейского расследования, причем непосредственно с личного телефона Эрика.

Дверь была не заперта, и Исабелла вошла в прихожую с пакетами в руках. Из одного торчал лук-порей. Эрик догадался, что в каком-то из них на самом верху лежала телячья лопатка. Из пакета с эмблемой винного магазина она достала бутылку шампанского.

— Быстро положи ее в холодильник, — скомандовала она. — А я начну разбираться с едой. Она к десерту. А ты можешь пока открыть красное вино.

Она поставила бутылку на кухонный стол. Он не сдвинулся с места. По-прежнему сидел с мобильником в руке. Она подняла продукты на кухонную столешницу.

— Я буду на десерт. В ванне, — продолжила она и достала пакет с сорбетом из цветов бузины. — С гарниром.

Эрик сделал глубокий вдох. Взял бутылку с вином со стола, открыл ее и наполнил два бокала. Он заставил себя улыбнуться. Поднял руку с мобильником.

— Дай мне несколько минут. Рикард прислал сообщение. У нас есть новости относительно расследования. Пожалуй, это настоящий прорыв. Мне надо только ответить, — сказал он и заметил, как она словно оцепенела на несколько секунд, но потом взяла себя в руки и поставила шампанское в холодильник. Он увидел ее укоризненный взгляд. Или в нем доминировало беспокойство?

Он сделал вид, что лихорадочно набирает сообщение. Сформулировал несколько конкретных предложений со словами вроде Росомаха, обыск, подозрительный адрес и группа силовой поддержки. Такая информация была достаточно зловещей, чтобы заставить ее действовать. Он сделал большой глоток вина, положил мобильник на кухонный стол, поднялся и направился в сторону ванной. Ему хотелось прижать Исабеллу к себе и поцеловать в щеку, чтобы в последний раз почувствовать ее тепло, но он сумел совладать со своими чувствами и не сделал этого.

Существовали ведь какие-то границы. Хватало того, что один из них притворялся.

Он уже приготовил второй мобильник, который позаимствовал на работе. Просто доказательств с его собственного телефона могло оказаться недостаточно. Требовалось еще что-то. Он закрыл дверь ванной комнаты. Потом беззвучно приоткрыл ее снова на несколько миллиметров. Не стал включать свет и открыл кран в раковину.