– Мудрый выбор, – бормочет Джорджи, выхватывая распоротую подушку из рук одного ребенка. – Какую часть слова «стоп» ты не понимаешь? – Она снова виновато поворачивается ко мне. – Может, вам будет проще подняться наверх и поговорить с Карой там? – предлагает Джорджи. – Ее комната справа от лестницы. Она вас ждет. – И исчезает за углом, все еще сжимая пылесос мертвой хваткой и преследуя по горячим следам детей. – Джексон! Не запихивай сестру в сушилку для белья!
Опасливо пробираясь сквозь пух, я поднимаюсь к Каре. Странно пытаться совместить Джорджи Нг с женщиной, которую Люк Уоррен кратко упоминает в своей книге, – бывшим репортером, и которая влюбилась в него на работе из-за его страсти к волкам и слишком поздно осознала, что для страсти к ней не остается места. Наверное, сейчас, когда у нее внимательный муж и другая семья, она стала счастливее. Кара далеко не первый ребенок, который после развода кочует между родителями, но разница в образе жизни двух семей, скорее всего, разительная.
Я тихонько стучусь в дверь.
– Войдите, – доносится голос.
Признаюсь, мне любопытно познакомиться с девушкой, у которой хватило духу заставить окружного прокурора выслушать себя. Но Кара выглядит молодой, хрупкой и слегка нервничающей. Ее правая рука плотно прижата к телу, как сломанное крыло, и в сочетании с волнистыми темными волосами до плеч и тонкими чертами лица она напоминает птицу, которую вытолкнули из гнезда.
– Здравствуй, – говорю я. – Меня зовут Хелен. Я временный опекун твоего отца.
Тень мелькает по лицу девушки при моих словах, но исчезает слишком быстро, чтобы успеть ее прочитать.
– Твоя мать считает, что если мы поговорим здесь, то у нас будет меньше шансов…
– Подхватить аллергию? – заканчивает Кара.
Она предлагает мне сесть за стол, а сама устраивается на кровати. Комната выкрашена в немаркий синий цвет, на кровати лоскутное одеяло с узором из обручальных колец, а у стены одинокий белый комод. Она похожа на гостевую комнату для нечастых гостей.
– Я уверена, что ты тяжело переживаешь все происходящее, – начинаю я, доставая блокнот. – Мне очень жаль, что приходится задавать такие вопросы, но мне действительно необходимо поговорить о твоем отце.
– Я знаю, – отвечает она.
– До аварии вы жили вместе с отцом?
Кара кивает:
