Одинокий волк полностью

Однажды я принял радикальное, сиюминутное решение навсегда оставить позади знакомую жизнь. Сейчас я снова принимаю такое же решение.

Я достаю телефон и звоню милой вдове, у которой в Чиангмае снимаю квартиру. Каждую неделю она зовет меня в гости на обед и пересказывает одни и те же истории о своем муже и их первой встрече. На запинающемся тайском я рассказываю об отце, прошу запаковать мои вещи и отправить по этому адресу. Затем я звоню своему боссу в языковой школе и оставляю на голосовой почте сообщение, где извиняюсь за то, что уехал посреди семестра, и объясняю, что у меня чрезвычайная семейная ситуация.

Снимаю ботинки и ложусь на кровать. Я складываю лист бумаги пополам, затем еще раз пополам и засовываю в карман рубашки.

Пусть это было давно, но однажды отец доверился мне и рассказал, чего бы хотел в ситуации, в которой сейчас оказался. Пусть это было давно, но однажды я обещал, что исполню его просьбу.

Возможно, я уже никогда не смогу рассказать ему, чем занимался после своего ухода, или заставить понять мою точку зрения. Возможно, мне уже не представится шанс извиниться самому или выслушать извинения. Вероятно, он так и не узнает, что я приехал, чтобы сидеть с ним в больничной палате.

Но я его не оставлю.

В Таиланде я всегда засыпал с трудом. Я списывал это на шум, на жару, на гул большого города. Но сейчас я засыпаю за считаные секунды. Во сне я бегу и ощущаю сосновые иглы под босыми ногами, а потом мне снится зима, проникающая под кожу.

Когда я отправился в леса к северу от реки Святого Лаврентия, на мне был утепленный непромокаемый комбинезон, утепленные ботинки и теплое белье. В карманах лежали сменные носки, шапка и перчатки, моток проволоки, немного бечевки, злаковые батончики и вяленое мясо. Последние деньги – восемнадцать долларов – я отдал дальнобойщику, который перевез меня через границу. Водительское удостоверение я положил в застегивающийся на молнию карман комбинезона. Если все пойдет не по плану, они могут стать единственной ниточкой к опознанию моих останков.

Я не стал брать ни рюкзак, ни спальный мешок, а также ни походную печку, ни спички. Мне не хотелось обременять себя лишними вещами, и я собирался по возможности жить как одинокий волк. В конце концов, основная моя цель заключалась в том, чтобы найти стаю со свободными местами, которая позволит присоединиться к ней. Последним человеком, с которым я говорил перед почти двухлетним перерывом, оказался дальнобойщик. Высадив меня, он пожелал «бон шанс» с квебекским акцентом, а я поблагодарил и проскользнул за стену елок, обрамлявших шоссе. Все прошло без излишней шумихи. Сегодня, скорее всего, мой комбинезон пестрел бы нашивками спонсоров. Я бы потягивал «Гаторад» из бутылки «КэмелБэк», а мои успехи транслировали бы в Интернете и в реалити-шоу по телевизору. Но к счастью, тогда я оказался наедине с волками.