За ними следовали артиллерия и инженерная бригада под командованием Орсини и Минутилли, а также рота добровольцев, которая была сформирована из экипажей пароходов «Ломбардо» и «Пьемонте» и командование которой, естественно, было поручено Кастилье.
Во главе второго батальона, непосредственно за артиллерией, шел Нино Биксио со своими четырьмя ротами и отрядом генуэзских карабинеров.
Отрядом карабинеров командовал Мосто, сформировавший его в Генуе.
Двигаясь в таком походном порядке, колонна прошла через деревню Вита, известную своими разбойниками, куда несколько часов спустя стали привозить тех, кто был ранен в бою при Калатафими.
Генерал, подле которого находились Сиртори и Тюрр, вместе со своим штабом опередил авангард колонны, достиг вершины холма и, благодаря проведенной рекогносцировке, сумел изучить позицию противника. Тотчас же он отправил к колонне адъютанта, которому было поручено дать добровольцам приказ сойти с дороги и занять высоты по правую сторону от нее, оставив на ней лишь артиллерию и роту поддержки.
Пока национальная армия занимала эту позицию, на горизонте появилось несколько рот королевских стрелков 9-го батальона легкой пехоты, спускавшихся в лощину и двигавшихся навстречу гарибальдийцам.
Впервые патриоты и королевские войска встречались лицом к лицу.
Бросим взгляд на людей и на местность, где они вот-вот начнут убивать друг друга.
Главные силы королевской армии находятся в самом Калатафими и занимают город, расположенный на склоне горы, которая высится справа от них и, следственно, слева от гарибальдийцев.
Аванпосты противника выставлены впереди Калатафими, в миле от города.
Стоит генералу Ланди узнать, что добровольцы уже в Вите, и разглядеть с высоты горы группу офицеров, наблюдающих за королевской армией, и он дает своим войскам приказ выйти из города и спуститься в лощину, а затем взобраться на возвышенности, которые господствуют над дорогой: три слева и одна справа.
Генерал Гарибальди, стоя в самом центре той группы офицеров, что была замечена генералом Ланди, в окружении полковника Тюрра, майора Тюкёри, капитана Миссори и нескольких других офицеров, прямо с высоты холма дает следующие распоряжения.
Полковник Тюрр примет командование над генуэзскими карабинерами, превосходными стрелками, вооруженными швейцарскими карабинами и имеющими в своих рядах несколько очень богатых молодых людей в качестве добровольцев.
Отряд карабинеров растянется на полмили и сформирует стрелковую цепь, предназначенную для того, чтобы завязать перестрелку со сторожевым охранением противника.
Позади Тюрра двинутся: справа — 7-я рота, слева — 8-я, а сзади, в качестве поддержки, — 6-я и 9-я. Эти четыре роты будут состоять под начальством Карини.
6-я рота понесет трехцветное знамя, которое подарили Гарибальди монтевидейские дамы.
И, наконец, вслед за ними пойдут пиччотти Копполы и Сант’Анны, присоединившиеся к добровольцам на пути в Салеми.
Общая численность пиччотти составляет около двухсот пятидесяти человек.
Биксио и его четыре роты, равно как и начальник штаба Сиртори, пока остаются в резерве. Две пушки, находящиеся в исправном состоянии (у двух других нет лафетов), будут поставлены на дороге и приведены в боевое положение, чтобы отбить кавалерийскую атаку, которой, по всей видимости, угрожает королевская армия.
Расположив таким образом свои силы, гарибальдийцы ожидают наступление противника, который начинает с того, что посылает навстречу им стрелковые роты, и те бегут вперед, во все горло крича: «Viva il Re!»[24]
Королевские офицеры подают команды не обычным голосом, а громким криком.
Увидев все это и рассудив, что пройдет не менее четверти часа, прежде чем враг окажется на расстоянии ружейного выстрела, генерал спускается с холма, где он находился, становится между отрядом генуэзских карабинеров и двумя ротами, шедшими следом за ними, и приказывает всем сесть прямо на землю, сказав:
— Передохните, ребята! У нас еще будет куча времени, чтобы устать.
И он первым подает пример, садится, вынимает кусок хлеба из котомки Фрошанти и начинает завтракать.
Все подражают его действиям, каждый в соответствии со своими возможностями.
Когда королевские солдаты оказываются всего лишь в двух ружейных выстрелах от них, генерал призывает к себе всех горнистов и приказывает им вместе трубить сигнал подъема.
Все они приставляют ко рту горны и одновременно трубят зорю.
Словно электрический разряд проносится по рядам добровольцев, они вскакивают на ноги и хватаются за оружие.
В ту же минуту королевские стрелки останавливаются, а некоторые даже отступают на несколько шагов.
В этот момент на вершине пригорка, расположенного справа от добровольцев и слева от неаполитанцев, появляется многочисленный вражеский отряд, который выдвигает на огневую позицию две пушки.
Королевские солдаты возобновляют наступление, на мгновение прерванное звуками гарибальдийских горнов.
