— Филиас всегда мечтал заниматься наукой. Однажды он пришёл ко мне и сказал, что случайно узнал о планах отца. Тот собирался в очередной раз отправить Фила в лабораторию, чтобы искусственно изменить воспоминания о прежней жизни и внедрить в мозг программу, которая перепрограммирует личность.
Кажется, я начинала понимать, к чему ведёт Люциан. В таких обстоятельствах у Филиаса Фергана Орабаса был лишь один выход — навсегда исчезнуть. Из жизни.
— Фил попросил помочь. И рассказал свой план. Ему как модификанту доступна способность подключаться к любым электронным устройствам. И ещё он умеет внушать иллюзии. Он хотел использовать эти возможности, чтобы заставить всех поверить в свою смерть. — Люциан подтверждает мои собственные догадки и на время замолкает, погружаясь в свои мысли.
Мы какое-то время просто сидим рядом. Он гладит пальцем мою ладонь. А я долго не решаюсь заговорить первой.
Но спустя пару минут затянувшейся паузы, прерываю молчание.
— Люциан. Почему именно я стала «убийцей», — поднимаю свободную руку и дважды сгибаю указательный и средний пальцы, изображая кавычки, — Филиаса Орабаса?
Он едва заметно пожимает плечами.
— Я попросил Фила об ответной услуге, — отвечает Люциан еле слышно.
Наверное, в любое другое время я изрядно психанула бы, но сейчас… Удивительно, но сейчас я оказываюсь полностью готова к подобному признанию жениха.
— Уезжая из казино со мной в мотель, он не был пьян. И он прекрасно знал, что я не девочка по вызову, а твоя невеста, — не спрашиваю, подвожу итог всему услышанному. — Он создал иллюзию и заставил меня поверить в то, что его отравили. А потом подключился к новостному каналу и загрузил другую иллюзию. В которую должен был поверить его отец.
— Не только его отец, Леа. Эта иллюзия была настроена так, что видели её все те, кто кому она предназначалась. И ещё ты.
Я перевожу взгляд на наши соединённые руки, сцепленные в замок пальцы. И случайно натыкаюсь на браслет. Он в свою очередь наталкивает меня на одну мысль.
Я ведь всё ещё не ответила на предложение Люциана. И когда он закончит рассказ, наверняка напомнит мне о браке.
Решаю для себя, если услышу правду, тогда, не задумываясь, соглашусь выйти замуж.
— Зачем всё это, Люциан? Зачем тебе нужно было, чтобы я считала, что меня ищет полиция?
— Мне нужно было совсем другое, Леа, — рвано выдыхает Люциан и сильнее сжимает мои пальцы в своих. — Чтобы ты сделала то, чего не желала сделать раньше. Подписала брачный договор. Зная тебя, чувствуя тебя, я предвидел, что в панике ты захочешь сбежать с Земли. А для этого тебе придётся изменить имя. Законным путём.
— То есть ты знал, что я обращусь в брачное агентство? — Вот это для меня становится полной неожиданностью.
Как? Как человек может настолько просчитать наперёд каждый шаг другого человека?
— Я не просто знал. Я вынудил тебя, натолкнул на эту мысль. Помнишь визитку брачного агентства, в которое обратилась? Она ведь попала к тебе неслучайно. Эту идею нам с Элиасом подсказал Фил. Он сказал, что если ты достаточно умна, то не станешь пользоваться личной картой. Тебе понадобятся наличные. — Мой изобретательный жених переводит дыхание и добивает меня признанием. — Фил лично положил в карман деньги, а я — визитку агентства, где тебя ждал Майс.
Во все глаза таращусь на Люциана. Никак не могу определиться, что делать. Треснуть его как следует по макушке за такие вещи? Или гордиться тем, что мой жених так внимателен и заботлив, и так хорошо знает меня?
Как бы там ни было, а браслет на запястье Люциана показывает, что все слова чистая правда.
— Прости, Леа. — Он подносит мою руку к губам, переворачивает ладонью кверху и оставляет на влажной от волнения коже поцелуй. — Но я не мог тогда просто отпустить тебя. Не мог позволить тебе однажды принадлежать другому. И в ситуации с Орабасом я увидел выход и для себя.
Желание стукнуть сменяется неожиданным желанием обнять Люциана и разреветься. Кажется, рядом с ним я становлюсь сентиментальной плаксой, готовой хлюпать носом едва ли не после каждого его признания.
— Я уже простила, Люциан. Но клянусь, ещё одна тайна…
— Это была последняя, — улыбается Люциан. — Обещаю, больше никаких тайн. Теперь ты, наконец-то, согласишься стать сати Григгс по нашим законам?
— Надеюсь, ты спешишь не из-за очередной тайны? — лукаво прищуриваю я глаза.
— Я просто хочу узаконить наши отношения. И хочу, чтобы ты подарила мне сына. Вот и вся тайна.
Он сгребает меня в охапку и прижимает к себе. А я утыкаюсь в его обнажённую грудь и, всё-таки хлюпая носом, тихо произношу одно-единственное слово.
— Согласна.
Мы с братом с самого начала предполагаем, что придётся отправиться на Землю. Эрлон Нирз не глуп, но труслив. Поэтому элементарно побоится назначить встречу на нашей территории.
Он отлично понимает, что на Лакоре похищение чужой женщины, покушение на её жизнь и шантаж, могут стоить ему жизни.
Вот потому-то ровно спустя две минуты после исчезновения интерактивной голограммы Нирз связывается с нами снова. Это время ему необходимо на обдумывание последствий.
