И когда я уже было собралась с духом, чтобы нырнуть в ледяную воду, с противоположной стороны леса вышли несколько человек с пистолетами, направленными в мою сторону. Я подняла голову. Если бы у них был приказ стрелять, они бы уже это сделали, но я все равно забеспокоилась.
Позади меня раздался выстрел, и от неожиданности я подпрыгнула.
Увиденное заставило меня судорожно сглотнуть.
Торн Битах был уже на полпути через лужайку. На нем были черные брюки и белая рубашка на пуговицах, в которой он выглядел гораздо более непринужденно, чем в той одежде, что я видела накануне. Одной рукой он засунул пистолет за пояс, держа в другой какой-то предмет, завернутый в белую бумагу.
Его фигура четко вырисовывалась на фоне мрачного замка. Он легко шагал по ровно подстриженной траве, рукава его рубашки были закатаны и открывали мускулистые предплечья, а распахнутый воротник накрахмаленной рубашки – бронзовую кожу и татуировку, которую я не заметила у него прошлой ночью. Пряди волос развевались на легком ветру.
Я оцепенела. Он был очень красив. Не в классическом смысле, а по-хищному. Где-то глубоко, внизу живота, у меня вдруг возник непонятный трепет.
Правда ли, что хищники обладают своеобразной красотой? Настоящие охотники умеют произвести впечатление. Меня бросило в жар, и я заставила себя стоять на месте: падение в воду усугубило бы мое положение и испортило бунтующий образ. Так что я просто наблюдала, как он приближался ко мне.
В неярком утреннем свете он выглядел еще более устрашающим, чем обычно. Особую роль в этом, конечно, играл шрам на лице.
«Нет, забудь об этом. Он
И шрам был тому доказательством. Я уже и забыла, каким высоким он был – выше ста восьмидесяти сантиметров точно. Серебристый блеск в его глазах был едва заметен, и я попыталась собраться с мыслями.
«Разве он не должен злиться на меня за то, что я пытаюсь сбежать? Или он нападет прямо сейчас?» – промелькнуло в голове.
– Понравилась прогулка? – спокойно спросил он, подходя ко мне. Несмотря на кажущуюся расслабленность, в его глазах искрился интерес и опасность – смертоносное сочетание, от которого мне так и хотелось развернуться и удрать. Но ни единого шанса сделать это не было. Он излучал какое-то тепло, и я почувствовала запах… Что же это было? Тестостерон и сидр? Я никак не могла распознать.
– Я думаю, мне лучше поехать домой, – ответила я, запинаясь. – Ты не видел мой телефон?
– Я выбросил его из окна прошлой ночью, – сказал он непринужденным тоном.
У меня подкосились ноги.
– Он мне нужен.
Торн по-прежнему был невозмутим.
– Ты его не заслужила.
Я сжала пальцы в кулак. Если придется сразиться с ним, то внезапное нападение – мой единственный шанс.
– Я не задержусь здесь надолго, так что нет смысла покупать мне телефон.
– Ты останешься здесь на столько, на сколько я захочу, – сказал он и протянул мне что-то в белой обертке.
В горле пересохло.
– Что это?
– Открой.
Дрожащими пальцами я развернула бумажный сверток, внутри которого оказался сырой стейк.
– Я не ем сырую пищу.
– Это стейк.
– Я знаю, что это стейк, – вырвалось у меня. – Зачем он мне?
Торн хрипло рассмеялся.
– Брось его в воду.
Едва дыша я повернулась к краю рва. Черт, это было так странно и так любопытно, что я повиновалась. В образовавшемся водовороте мясо в секунды разлетелось на куски. От неожиданности я вскрикнула и невольно отступила назад.
Торн улыбнулся.
– На твоем месте, дорогая, я бы не стал там купаться.
– Что это было? – спросила я, понизив голос.
– То, с чем лучше не сталкиваться. На дне зыбучие пески, которые, не успеешь ты достичь дна, поглотят тебя целиком.
Я вздрогнула и быстро огляделась. Очевидно, подъемный мост был единственным способом пересечь это поле смерти. Что ж, теперь стало ясно, почему никого не волновало, что я вышла из замка. Я украдкой посмотрела в сторону океана.
– Это отвесный каменный утес, – сказал Торн, проследив за моим взглядом. – Отсюда нет выхода, если, конечно, ты не хочешь упасть и мучительно умереть.
В это невозможно было поверить: у такого человека, как он, не могло не быть какого-нибудь потайного пути из крепости наружу. Но я понятия не имела, где он.
– Ты понимаешь, что это похищение?
– Конечно, и это наименьший из всех моих грешков, – сказал Торн и указал на дом. – Попытавшись улизнуть, ты проявила непослушание. Я прощаю тебе это, потому что ты не знала, что можешь свободно передвигаться по территории, но идти тебе некуда.
«Это мы еще посмотрим – подумала я. – Где-то должны быть туннели». Он никогда бы не стал жить в замкнутом пространстве.
– За это я посажу тебя под домашний арест.
Он прикрыл глаза с таким видом, словно ему скучно.
– Ты, наверное, проголодалась. Пойдем в дом.
Я стояла на своем.
– Я здесь не останусь.
