- Это правильно, что Вы не стали передо мной извиняться за забывчивость. Не надо, не извиняйтесь, - продолжила я грузить собеседницу. - Вообще-то, я человек добрый. И уже Вас простила. Я даже простила вашенского вахтера за то, что он меня зверски покалечил, и я теперь почти инвалид со всеми вытекающими из этого последствиями. Вот посмотрите, что со мной сотворил этот монстр.
Я показала секретутке синяки на руке.
Мельком взглянув на него, секретутка начала перечитывать список, пытаясь найти там мою фамилию.
- И не важно, если меня еще не успели внести ни в какие списки, - заявила я. - Главное, чтобы Вы меня к своему начальнику пустили. Он, поди, уж заждался меня. Думает, небось: "Чо, блин, за дела?! Хочу застраховаться, а ни одного страхового агента под рукой нет, хоть ты тресни от безнадеги и тупиковости ситуации". А агент-то - вот он! Молодой и красивый. Умный и обаятельных. Образованный и высокопрофессиональный. Сидит себе тихонько в приемной и время на всякие объяснения ненужные тратит.
Наконец секретутка оторвала взгляд от списка и повернулась ко мне, сообщив:
- Вашей ф-фамилии тут нет.
2
- Правильно! - не растерялась я и улыбнулась, словно выиграла кучу денег в лотерею. - Ее там нет и быть не должно! А, знаете, что это значит?
- Что?
- Это значит: Вы обязаны спросить своего босса, готов ли он, несмотря на столь длительное ожидание моего появления, расстаться со мной, так и не встретившись и не узнав от меня суперважных новостей, которые вне всякого сомнения произведут кардинальные изменения в нынешней стратегии развития "ИNФЕRNО". И как знать, может, через двадцать лет, сидя на своей мультимиллионерской вилле на Канарах, Вы будете с волнением вспоминать тот день, когда увидели мое улыбающееся лицо - лицо мыслительницы и поэтессы, принесшего в "ИNФЕRNО" эру процветания и денежного благополучия. А этот агент - мыслительница и поэтесса - будет в это время сидеть в своей скромной квартирке в Выхино и думать: "Я этим калоедам принесла триллионы баксов прибыли, а они, суки, даже открытку мне ко дню рождения не прислали!"
- К-какие у с-страхового агента м-могут быть "с-суперважные н-новости" для п-президента н-нашей к-корпорации? - поинтересовалась секретутка.
- Те, естественно, которые содержат в себе наиприятнейший сюрприз.
- Н-например?
- Например, встреча со мной - это всегда наиприятнейший сюрприз. И наша с Вами дружеская и высокодуховная беседа - тому ярчайший образчик. С нас с Вами вполне можно писать картину "Мозговой штурм главных проблем мира и войны". Уверена, знатоки выложат за это полотно кучу миллионов. Особенно, если на заднем плане будет тот гроб, что висит над вашенской проходной, а мы с Вами будем одеты в бронированные готические бикини, а в руках у нас будут сверкать двуручные мечи.
- О чем р-речь? - запуталась секретутка.
- Вы ведь меня сегодня не планировали встретить, так?
- Так.
- А встретили. И вижу, Вас это чрезвычайно взбодрило. А ведь я еще не использовала и тысячной части имеющейся у меня информации. Господин Хорькофф просто умрет от счастья, пообщавшись со мной.
- П-пришлите з-заявку по электронной п-почте на наш к-корпоративный адрес или отправьте ф-факс.
- Драгоценная моя, Вы не находите, что между нами затеялся какой-то совершенно трансцендентальный разговор с элементами абстрактного сюрреализма?
- Чего-чего?
- Я Вам - про "в огороде бузина", а вы мне - "в Киеве хунта". Как говорится, не Петров, а Зильберштейн, не в преферанс, а в подкидного, и не выиграл, а проиграл.
- К Андрею Яковлевичу н-нельзя.
- Понимаю. Занят человек. Въехала, чай не даун. И поэтому я к господину Хорькоффу только, типа, на одну минуту. И не на секунду больше. Если я хоть на пару минут задержусь сверх отпущенного мне срока, то можете заехать мне своей компьютерной клавой по морде лица. Оно нисколько не обидится, ибо Вы будете в своем секретарской праве.
- Н-нельзя! Ни на м-минуту, ни на с-секунду!
"Пора применить смекалку", - решила я, подошла к окну и воскликнула:
- Ой-ой-ой, смотрите! Кто-то из вашенских с верхних этажей выкинулся!
Секретутка рванулась к окну и стала искать взглядом труп на тротуаре. Я же бросилась к двери с табличкой "Президент корпорации "ИNФЕRNО" Андрей Яковлевич Хорькофф".
И каково же было мое изумление, когда у себя на пути я обнаружила... обманутую мной секретутку, негодующую на мое профессиональное вероломство.
"Вот это скорость!" - оценила я физическую подготовку Снежаны.
Та схватила меня за руку и повторила:
- Н-нельзя!
- А почему? Его, что ль, в кабинете нет? - я попыталась освободиться от захвата с помощью приема из айкидо, которым занималась целых полгода. - Так бы сразу и сказали б!
Увы и ах, все мои полугодовые тренировки посыпались прахом на пол приемной (зря я на них время тратила, сестрицы: не катит никакое человеческое тайдзюцу против мертвякского ниндзюцу).
Секретутка обладала стальной хваткой и медвежьей силой. Та сила тащила меня к выходу из приемной. А та хватка не давала мне вырваться из вражеского захвата.
