Но вместо этого из приемной Хорькоффа в коридор вылетела моя осененная благодатью святого креста папка, а дверь в приемную с грохотом захлопнулась.
Я, бормоча ругательства, подошла к папке, подняла ее с пола и громко сказала, надеясь, что секретутка меня услышит:
- Упыриха! Чуть руку мне не оторвала! Стерва! Крокодил в юбке!
Потеряв последнюю надежду впарить страховку Хорькоффу, я направилась к лифту, но вдруг увидела, что в конце коридора появились вахтер и офисные охранники, которых я уже, как родных знала в лицо.
Они меня, к сожалению, теперь уже тоже знали. И вот вся эта суровая братва под предводительством неугомонного вахтера двинулись ко мне, зловеще поблескивая на ходу черными стеклами очков.
Я резко развернулась, собираясь бежать. Но бежать было некуда. После дверей приемной Хорькоффа коридор кончался тупиком. Да даже если бы и не кончался, то удрать по нему от существ, обладающих сверхскоростью, все равно нереально.
Оставалось только одно - второй раз войти в одну и ту же реку, в смысле - в приемную Хорькоффа. И, перекрестившись, я так и сделала, уже мало чего соображая от перенесенных стрессов.
4
Войдя в приемную, я нагло плюхнулась на кожаный диван. Закинула ногу на ногу. Бросила на секретутку презрительный взгляд. И сообщила ей:
- Хотела уже было покинуть "ИNФЕRNО", да вашенские секьюрити сказали, чтоб я осталась и не парилась, а послала б Вас в задницу и спокойно шла к Хорькоффу.
Секретутка зависла.
- Нет, я, конечно, никого никуда посылась не стану, - тут же успокоила я секретутку. - Но к Вашему боссу зайду, раз приглашают. Кстати, он у себя? Не хочу, знаете ли, порожняком здесь ошиваться. Дел по горло. Каждую минуту самые крутые персоны мировой элиты звонят и умоляют: "Застрахуй нас, Лодзеева! Застрахуй, паза-а-лыста-а!" На днях пара прикативших из Лондона олигархов подрались за наш полис. Еле разняли. Оба потом мне ноги целовали, как шальные.
- К-какие т-такие "с-секьюрити"!? - опешила Снежана.
Тут в приемную вошли вахтер с охранниками. Я указывала на них и представила обвиняемых секретутке:
- Вот эти! Явились, субчики, не запылились!
- У них нет п-права! - возмутилась та.
"Ага! Купилась!" - обрадовалась я и, вскочив с дивана, тут же накинулась на вошедших:
- Всем ясно?! Нет у вас таких прав! Наплели мне всякую неотребную муть про почтенную Снежану, сволочи! Уйдите с наших глаз, пока Андрей Яковлевич не рассердился. Я без разрешения от его секретут...рши к нему идти не собираюсь. Все, проваливайте!
Вахтер и охранники недоуменно переглянулись.
Я уперлась в грудь вахтеру и попыталась вытолкнуть его из приемной. Но не смогла даже сдвинуть с места. Тот стоял, как скала.
Моей ноге отчаянно захотелось проверить, насколько крепки у нежити ребра, нанеся в грудь упертому вахтера прямой удар, называемый на Соколиной горе "мае-гери", а в Кузьминках - "фронт-киком".
И только привитые мне с детства такие качества, как маниакальная вежливость и патологическая доброта, помогли мне справиться с жаждой забить насмерть живого мертвяка.
- П-почему вы ей... - попыталась секретутка прояснить обстановку у вошедшей братвы.
Но я тут же перебила Снежану и, не прекращая попыток вытолкнуть вахтера и охранников из приемной, завопила на них:
- Чо стоим-то?! Сказано же: вон!
- Андрей Яковлевич р-распорядился, чтобы никто не... - сказала Снежана.
Я снова перебила ее и, осуждающе направив указательный палец, указала вахтеру и охранникам на секретутку и спросила их:
- Слышали, что вам секретарь Андрея Яковлевича сказала!?
Вахтер и охранники в очередной раз недоуменно переглянулись. Чтобы не дать им опомниться, я сделала несколько шагов перед ними, поглядывая на мужчин, как строгий старшина на протрезвевших новобранцев, и заявила:
- Андрей Яковлевич распорядился, чтоб вы ерундой не занимались. Брысь отсюда! У вас там, небось, куча террористов с мешками гексогена по подвалам шляется, а вы тут лясы точите. Все вон! Кто последним выйдет, тот лох!
Вахтер и охранники опять недоуменно переглянулись. И у меня создалось впечатление, будто они могут общаться промеж собой чисто телепатически.
- Во-о-о-н отседова, сукины дети! - заорала я.
Но противник мне попался упертый и дешевому наезду не поддавался. Тогда я обернулась к секретутке и попросила ее:
- Ну хоть Вы этому дурачью скажите, Снежана! А то они Вас с Андрей Яковлевичем в грош не ставят.
- Уходите! - потребовала от стражей офисного порядка обидевшаяся на них секретутка.
- В темпе вальса! - добавила я к ее словам. - Вперед и с песней! Ловите диверсантов со шпионами, а не порядочных страховщиков. Все свободны! Никого не задерживаю!
Чуя необычайнейший прилив отваги во все органах своего тела, я взяла вахтера за грудки и прошипела ему в лицо:
- А с тобой, поганец, я опосля отдельно поговорю. Распустились тут! Любимую секретут... секретаршу босса в задницу посылаете. Стыдитесь, господа! Тут вам не пивняк, а храм Танатоса. Тут вам запросто могут и могилку обоссать, и надгробие испохабить надписью "Собаке собачья смерть". И как вы после этого будете на Том Свете доказывать, что были правильными пацанами?
