И в подтверждение своих слов радужный принялся переступать с лапы на лапу, полностью проигнорировав мой раздражённый взгляд. Из-за этого взгляда я и не заметила, как Фирн первой шагнула в полутьму таинственного дворца, не оставляя нам иного выбора, кроме как последовать за ней. Нет, я, конечно, всё ещё могу плюнуть на происходящее, развернуться и улететь, вот только одно но. Мимо меня проскакивает Тростинка с Сайдой, с весёлым сопением прошмыгнув в коридор, оставив удивлённо отпрянувшего Циркона смотреть им вслед.
— Стоп! Куда? Тростинка, стоять! — Я подпрыгиваю на месте, бросаясь за сестрицей через снег, с трудом протиснувшись между Каракуртом и Цирконом, чуть было не наступив на шиповатый хвост оглядывающейся по сторонам Фирн.
Внутри темно. Свет проникает только через приоткрытые врата, отбрасывая длинные, тянущиеся вдоль единственного широкого коридора, украшенного алым ковром, тени. Стены, пол и потолок сделаны в основном из серого, выдолбленного в форме блоков камня. Дерево если и присутствует, то лишь в виде поддерживающих потолок колон с выемками под факелы и небольшими крючками, на которых болтаются странные полупрозрачные белые шары, напоминающие мне раздувшиеся яблоки размером с кулак взрослого дракона.
— Тут очень давно никого не было. — Заходит за мной Холод, указывая как раз на эти странные «фрукты». — Лунные шары могут гореть днями. И их обычно меняют.
— Какие шары? — раздражённо буркаю я, взглядом выискивая убежавшую вперёд Тростинку. Тут же сестрица выпрыгивает из-за ближайшей колоны, а следом за ней и Сайда.
Ну ладно, мне чуть спокойнее стало. Да и тут, по крайней мере, хотя бы ветер со всех сторон не продувает, так что можно хоть как-то согреться. А если мы найдём большой камин, около которого можно будет расположиться и погреть свои косточки, то я вообще буду счастлива. Правда, при условии того, что никто на нас не выпрыгнет из темноты.
— Лунные шары, — повторяет Холод, подходя к одному из белых фруктов, задумчиво разглядывая его. — Это дар, сделанный одним из дракомантов прошлого всему племени. Дерево из камня и льда, чьи плоды источают яркий лунный свет.
— В Радужном Лесу сейчас растёт такое дерево, — подаёт свой голос Звёздочка, вошедшая во дворец вместе с Лонганом, сразу же после Предвестника и Каракурта. Ну а последним заходит Циркон, останавливаясь у двери и поглядывая наружу. — Нам рассказывал о нём учитель. Да и мы сами его видели. Оно очень красивое, особенно ночью.
— Это был подарок от нашей королевы радужным и ночным, — кивает ледяной дракон после короткого молчания, отходя от колоны.
— Дурацкий подарок. Дракомантия ледяного племени должна принадлежать только ледяному племени, — ворчит себе под нос Фирн, гордо двинувшаяся вперёд по коридору дворца. Холод, однако, решает промолчать, оставив злобную сосульку при её мнении, что, похоже, лишь сильнее разозлило Фирн. Негромко зарычав, она ускорилась. — Идёмте! Если кто тут и есть, то в тронном зале.
А я вот не уверена, что нам хоть кого-то надо искать. Лучше бы по тихому пробрались поглубже, прячась за колонами при любом подозрительном шорохе. Ох, какое же у меня нехорошее предчувствие. Будто вот-вот что-то должно произойти. Давит на меня со всех сторон эта темнота, выглядывающая из коридоров и дверный проёмов. У меня даже возникает такое чувство, что кто-то смотрит из темноты на меня, но всякий раз, как я оборачиваюсь — пустота.
Наверное, если бы это место было освещено, оно выглядело бы менее пугающим. Даже величественно. Может, я бы разглядела и другие украшения, какие-нибудь фрески, вырезанные в камне, или гобелены? Может, сложенные в скульптуры кости местной живности? Ох, не знаю, чем могут ледяные драконы украшать свои постройки. Возможно даже ничем. Мол, любят красоту стерильности и пустоты, напоминающие им о родных заснеженных равнинах. Полное отсутствие мешающих им деталей, за которые цеплялся бы их глаз.
Я и не замечаю, как, поддавшись стадному инстинкту, направляюсь следом за остальными драконами, пристроившись в середине нашей процессии. Темнота, по мере погружения в неё, оказывается не такой всепоглощающей. Постепенно мои глаза привыкают, и я начинаю отчётливо различать очертания объектов. Первой храбро топает Фирн, порой замирая и принюхиваясь, от чего-то раздражённо рыча. За ней шагают перешёптывающиеся Предвестник с Холодом. Ледяной сомневается, что так называемая «Луновзора» может быть в этом покинутом месте, с подозрением косясь на ночного. И правильно, что сомневается! Надо было подумать об этом ещё раньше. Все остальные идут практически в одну линию. Для драконят тут вполне хватает места. И только Циркон идёт один, в конце нашей процессии, порой останавливаясь и оглядываясь за спину. Значит, не меня одну грызут терзающие спину взгляды? Или это банальная осторожность?
