— Водомерка! — испуганно пищит Тростинка, когда я поднимаю взгляд на голубоглазого ледяного мощного телосложения, уже тянущего ко мне лапу.
— В сторону! — ревёт Циркон, и поток алого, чистого пламени орошает одну из стен, охватывая не замечающих пламя драконов, движущихся к нам из темноты.
Даже когда чешуя на телах недоброжелателей начала спекаться, а воздух наполнился тошнотворным запахом горелой драконьей плоти, они не останавливались. И следующий вдох проходит уже над моей головой. Жар огня опаляет спину, но я успеваю пригнуться, в отличие от заторможенного ледяного, получившего сноп пламени прямо в свою морду. Он даже не пытался увернутся…
— Только не сломайте их, — доносится спокойный голос Брайникл до моего уха.
Морская уже спустилась на нижний этаж, всё также неспешно шагая по направлению к трону, с холодным интересом то и дело поглядывая в нашу сторону. А Карарурт… песчаный дракончик хрипит, прижатый к земле лапами укутанного в тряпки соплеменника. Фирн уже тоже поймали – несколько драконов навалилось на ледяную со всех сторон, зажав лапами её морду.
Что делать? Надо срочно что-то придумать… Я затравленно оглядываюсь по сторонам, прижимаясь к Тростинке. Почему я не додумалась во время полёта смешать селитру с углём и серой? Сейчас хотя бы было чем удивить неожиданную неприятность и, кто знает, может, даже пробиться наружу. А может, пора?
Я бросаю короткий взгляд на Тростинку, уже собираясь попросить её выкрикнуть что-нибудь, что могло бы спасти нас всех. Какое-нибудь «пусть все враги замрут» или «пусть они обратятся в прах». Но я не успеваю. Что-то тяжелое наваливается на меня сверху, накрывая мою морду лапой и тоже самое происходит с Тростинкой, которую прижал к полу ещё один возникший будто из неоткуда дракон. И только после того, как на меня навалились сверху, даже на середину хвоста наступив, чтобы я не могла им никого ударить, я понимаю одну вещь. В воздухе повис знакомый мне сладковатый запах, какой я уже чувствовала однажды. На площади. Пару дней назад. Неужели…
С трудом, но я всё-таки поворачиваю свою морду в сторону Брайникл, скучающе растянувшейся на троне песчаной принцессы. Несколько голубоглазых подносят к ней светящиеся холодным, лунным светом шаров, и небольшие миски, заполненные плодами и мясом. Немного подумав, морская кончиками когтей берёт одну из ягод, отправляя её в свою пасть, с наслаждением проглатывая. Будто здесь ничего и не происходит! Будто не льётся драконья кровь посреди зала!
Холод с Цирконом постепенно замедляются. Лонган и Предвестник защищают своими крыльями испуганную Звёздочку, прижимающую к себе лапами дрожащую Сайду. Зелёный радужный дракончик, широко расправив свои вспыхивающие красным гребни, чем-то плюётся в подходящих к ним драконов. И, к моей радости, эти плевки, похоже, попадают в нежные сердца голубоглазых, иначе я не могу понять, почему они падают замертво. Разок Холод попытался выдохнуть в сторону Брайникл сноп льда, но на его пути тут же возникло несколько драконов, защищающих свою владычицу собственными телами от гнева ледяного.
Я замечаю, что тёмная морская перевела на меня свой взгляд, и ненависть в её глазах обжигает меня практически как пламя. А ещё какое-то странное, будто удушащее её чувство, подпитывающее злость драконицы.
— Жнец. — Отвлекается она на подошедшего к ней дракона в капюшоне.
Точнее, уже без капюшона — извернувшийся Каракурт стянул тряпку с морды дракона, когда тот оставил дракончика сменившему его расходному материалу. И знаете, я, кажется, поняла, почему этот дракон носил капюшон. В свете лунных плодов его морда мне по первой показалась чёрным черепом. Только проморгавшись я поняла, что это лишь чёрный узор, изображающий череп и занимающий область всей его морды целиком. Да и вдоль гребня шли узоры, которые напоминали о позвонках. Татуировка поверх чешуи? Жуткая, особенно с учётом того, что, также как и Брайникл, этот дракон щеголял голубыми глазами. Только в отличие от довольно скалящейся морской, в его взгляде не было ничего, кроме ноток грусти. Поправив тряпки, идущие от его локтей и скрывающие лапы, он осторожно присел возле трона.
— Да, моя королева. — Голос дракона, как и его взгляд, был неестественно спокоен, и в тоже время казалось, что дракону не нравится то, чем он сейчас был вынужден заниматься.
— Разве я разрешала тебе говорить? — на весь зал, в котором слышались рычания сопротивляющихся драконов, хохотнула Брайникл, перевернувшись с бока на спину. И будто решив, что одного вопроса будет мало, морская отвесила звонкую оплеуху своим хвостом по даже не дёрнувшейся морде песчаного дракона. — Нет. Помни своё место и радуйся тому, что я не отправила тебя куда-нибудь морозить хвост. Ммм, а теперь гости.
К тому времени, как эта маленькая сцена закончилась, нас уже всех прижали к земле. Самодовольно улыбающаяся Брайникл поправила кулон-шарик на своей шее, по очереди обводя «гостей» взглядом, в конце концов остановившись на Каракурте и громко засмеявшись.
