Заметив мой заинтересованный взгляд, уже самым бесстыжим образом изучающий его, земляная змеюка скалит свои клыки и негромко, предупреждающе рычит. Конечно же ему тут же отвечает Осока, приподнимаясь с места, будто бы готовая броситься на угрозу для своего семейства в любой момент. Но вот, бойцов с обоих сторон осаждают. Сестрицу придерживает за хвост Хранитель, а Аспида несильно толкает крылом Веретенник. Громко фыркнувший кареглазый дракон отпихивает крыло моего наставника лапой, поднимаясь с места и направляясь вниз, к берегу, что-то гневно пробубнив себе под нос. Бекас, дёрнувшись и посмотрев вопросительно на предполагаемого отца, поднимается со своего места и идёт следом за удаляющимся “шоколадным змием”, под слегка обеспокоенный взгляд старшего, всё также ожидающего, пока мы с Тростинкой распрощаемся с родней.
И пока моя сестрица по очереди виснет на шеях родных, вылизывая их мордочки под тихий смех, я пробираюсь к наставнику, поглядывая по сторонам, пользуясь тем, что шипящих ящериц в его окружение стало заметно меньше. Одарив меня вопросительным взглядом, Веретенник чуть улыбается.
— Готова? — интересует он, пока я переминаюсь с лапы на лапу, подбирая подходящие слова.
— Я то да… но сестрица. — Короткий взгляд брошенный в сторону обнимающегося семейства. Теперь все по очереди обнимают и вылизывают мордашку Тростинки и это, похоже, задержит нас ещё на пару минут.
— Хах, — тихий смешок срывается с языка Веретенника, а на его морде мелькает еле заметная улыбка. — Знакомая ситуация.
— И я хотела всё-таки спросить. Разве королева не должна была одобрить кандидатуру Тростинки?
Какое-то время, вместо ответа, дернувший своими ушами счетовод лишь шебуршит лапой в одной из сумок, будто бы выискивая очередное “приглашение”, на котором будет написано заветное имя Тростинки неровным почерком королевы. Однако затем, слегка нахмурившись, он громко фыркает и выпрямляется.
— Похоже, я забыл его… — тянет он, будто бы виновато. — Но королева разрешила мне выбрать последнего ученика.
— А не слишком ли много власти и ответственности, для главного счетовода? — вновь начинаю надавливать я на своего наставника, взрыхлив лапой землю и подавшись к нему, вместе с этим переходя на громкий шёпот, чтобы никто не расслышал, что я говорю ему. — Разве этим всем должен заниматься ты? Я имею ввиду, летать туда сюда, искать учеников и обучать кого-то вне своей пещеры?
Ого. Мои вопросы превратили в общем-то спокойного дракона во мрачного и слегка напряженного. Веретенник опускает ко мне свой нос, заглядывая в мои глаза, одаривая меня самым тяжёлым своим взглядом за все четыре года общения с ними. А затем, также шёпотом, он отвечает.
— Это моя работа.
— Да, но почему она твоя? — И новый виток тишины, в котором напряженный дракон собирается со своими мыслями, заодно и взглядом пытаясь вынудить меня отказаться от дальнейших вопросов. — И что тебя связывает с Кремень? Почему она тебя знает? По…
— Водомерка, — резко останавливает он меня. Вот, не люблю, когда меня так прерывают, аж клыки свои ему показываю в недовольном оскале. — Это моя работа, потому что выполнить её могу только я.
Знаете, меня начинает немного пугать вид Веретенника в этот момент. Слегка подергиваются от напряжения в теле его крылья и хвост. Лёгкая хмурость на морде, с пристальным, будто видящим меня насквозь, взглядом. Прерывистое, резкое дыхание, и по змеиному показывающийся наружу кончик языка, будто бы пробующий воздух. И взгляд, взгляд в котором всё спокойное дружелюбие уступает своё место смеси из холодного напряжения готового к броску хищника и немой просьбы… “Не надо”, – будто бы молят меня искорки тяжелой грусти, сверкающие по краям глаз наставника, смешиваясь с проступающими слезинками каких-то мрачных воспоминаний, тут же смахиваемых мигательной перепонкой. Таким я не видела этого дракона никогда. Сглотнув вставший в горле ком, я лишь киваю, на пол шага отдаляясь от Веретенника, но тот всё-таки решает подвести некую черту в нашей беседе.
— И королева полностью доверяет мне во многих вопросах. Этого тебе знать достаточно. — Откинувшись назад, он возвращается к привычному и спокойному состоянию, тут же виновато улыбнувшись мне и добавив: — Но, когда подрастешь, может и узнаешь всё. Просто ты ещё слишком юна. Что же касается Кремень…
Тут Веретенник ненадолго замолчал, вновь выпрямившись на задних лапах и запустив ладони в свои сумки, зашебуршав лапами в самых дальних закутках, пока я пытаюсь скинуть охватившую меня, пробирающуюся вдоль спины, лёгкую дрожь страха.
— Она моя сестра, — ошарашивает старший дракон меня этой новостью. — Правда, “названная”. Меня приняли в семью после…
И на мгновение Веретенник запинается, остановив поиски в своей сумке и тяжело, грустно вздохнув, слегка поёжившись и поёрзав на месте.
