А ведь ещё и меж выпирающих из земли корней стелется всякие цветочки и широкие тёмно-зелёные листы, создавая совсем уж непроходимую картину. Надеюсь, мы не полетим через лес, а проскользнем над ним. Взглядом я ищу Веретенника, и замечаю нашего провожатого, пристроившегося у самого края леса в окружении великанских зелённых папоротников, практически полностью скрывающих дракона под своей листвой. Только морда его торчит наружу, изредка поглядывая на небо, будто он кого-то ждет.
— Говорят, если найти цветущий папоротник, можно загадать желание и оно обязательно сбудется, — с лёгкой усмешкой припоминаю я один из самых дурацких мифов, которым нас развлекали ещё в бакалавриате на уроках ботаники. А ведь папоротники никогда не цветут, и это всем, по крайней мере мне хочется в это верить, прекрасно известно. Но только вот беда, Веретенник с прищуром смотрит на меня, а затем оглядывается, будто выискивая покрытый цветами куст. — Мы кого-то ждём?
— Да, — не прекращая своего поиска отвечает старший, слегка хмурясь и движением собственного хвоста приминая несколько кустов, пока я к нему пробираюсь через зелёные заросли. Надеюсь, в самом лесу не настолько всё густо будет. Да и вокруг самой Академии тоже.
— А, собственно, кого? — вытягиваю я, будто бы клещами выдергивая каждый нужный мне ответ из Веретенника.
— Провожатого. И он опаздывает, — тяжелый вздох, и плечи старшего дракона слегка опадают, когда он растирает лапой свою шею. — Впрочем, ничего нового.
— А. То есть, к самой Академии нас поведёт кто-то другой? Тебе нельзя в лес? — слегка удивляюсь я, не заметив поначалу, как вжимает свои когти в чешуйки нахмурившийся Веретенник.
И вроде бы он уже хотел мне что-то ответить, но тут нас на мгновение накрыла соскользнувшая тень, двигающаяся к середине нашего “стойбища”.
Большой, превосходящий размерами Веретенника, и плотно сложенный земляной дракон приземляется посреди поляны, хлопками собственных крыльев прибивая к земле густую зелень. Наползающие друг на друга пластинки, идущие вдоль спины, блестят коричневым оттенком, переходя на боках шеи и лапах в тёмно-янтарные, отдающие немного рыжим, чешуйки. Изгибающиеся тёмно-бурые рога и шипы, тянущиеся до кончика хвоста. Ужасный шрам на правом бедре проглядывает из под приподнятых чешуек, своими нитями сползая практически до колена прихрамывающего незнакомого дракона. И дополняет этот образ “грозного бойца” неожиданно добрые светло-карие, практически ореховые, глаза, с неестественной теплотой смотрящие на нас всех. Веретенник отряхивается, поднимаясь со своего места и направляясь навстречу незнакомцу.
Из-за края показывается мордочка Бекаса, с обожанием смотрящего на прилетевшего дракона. «Это же…» – с трудом различаю я его слова, когда он обращается то ли к моей сестрице, то ли к мелькнувшему рядом с ним Аспиду.
— Глин, — кивает Веретенник, кивком своей морды подзывая к себе как меня, так и остальных драконят. — Ты опять опаздываешь.
— Немного задержался, — голос одного из легендарных “дракончиков судьбы” низок, но в тоже время не лишен мягкости и теплоты.
Но закончим с мгновением торжества и осознания, что нашим провожатым до стен злополучной школы будет не какой-то случайный дракон, а “герой” прошлого десятилетия, возможно дважды спасший этот мир от ужасной катастрофы. Интересно, никого менее важного отправить за нами не могли? Или это такая традиция? Мы, между прочим, могли бы и сами долететь. Наверное.
Впрочем, раз так проходит торжественная передача нас от одного дракона другому, то так уж тому и быть. Разве что меня немного волнует Бекас, с каким-то фанатичным обожанием смотрящий на представшую пред нами легенду. Интересно, а не хватит ли его в самой академии инфаркт, когда он увидит всех героев своих не слишком правдоподобных историй? И вообще, мог бы вести себя поспокойнее. Хотя, похоже, драконят в группу набирали точно уж не по “типичности” и характерности. Бекас чуть слюни не пускает, Аспид хмурится, недовольно поглядывая на Веретенника, Тростинка замерла, не зная, радоваться ли ей или испытывать какую-то другую эмоцию. И лишь я, аж самой противно от подобных мыслей, стою чуть в стороне от Веретенника, больше других походя на флегматичного представителя нашего племени, скучающим взглядом разглядывая нового сопровождающего. Ну, легендарный дракон, и чего такого? Будто что-то необычное увидели.
— Какие-то проблемы? — нарушает наконец-то затянувшуюся тишину на опушке Веретенник, будто бы опомнившись, что так и не начавшийся диалог стоит на одном месте, вместе с этим подталкивая нас к громко фыркнувшему Глину, всё это время со скромным интересом изучающим наши мордашки.
