– После похорон Бориса Дима сказал: «Вот, спрашивается, зачем с телом носятся. Оно своё отслужило, душа улетела». Мы с ним тогда вот так же, как с вами, сидели на кухне. Он наказал: «Не надо заморачиваться с моим телом! Всё это – кладбище, памятник, оградка – лишнее. Кремируй, чтобы не гнило, прах развей». Я возразила: «Ты что умирать собрался?» – «Борис разве собирался, наоборот, хотел жить, лечебные травы искал, настои пил, берёзовый сок каждую весну собирал в больших количествах, а вон как получилось».
Развеивать Димин прах не стала, вернее, разделила на две части. Дима не просто сказал «развей», всё продумал, наказал: «Парням отдай, на мотоциклах поедут и сделают как надо, развеют за Омском». Одну часть праха подхоронили к Диминому отцу, вторую оставила до весны, друзья на байках начнут гонять, сделают, как Дима хотел.
Получилось, он до своего тридцатипятилетия не дожил семнадцать дней, а тело дожило, в день рождения кремировали.
…Распрощавшись с Таней, вышли с Сергеем в заснеженный город, неторопливо зашагали по улице. Декабрь выдался крайне непостоянным, мороз в один момент сжал красный столбик градусника до минус тридцати, чтобы через несколько дней поднять его до оттепели, затем снова крепко сжать. Долго не ложился на землю полноценный снег, наконец небо прорвало, Омск укрылся празднично белым одеялом, искрящимся в свете вечерних фонарей. Город готовился к Новому году, на детской площадке, в центре которой росла большая ёлка, строился ледяной городок. Городок, конечно, слишком громко, всё значительно скромнее – формировалась снежно-ледяная горка, неподалёку от неё высились объёмные в полтора человеческого роста ящики в количестве двух штук, под завязку набитые снегом, из коего будут ваяться главные действующие персонажи Нового года – Дед Мороз и Снегурочка. На этом сказочный городок заканчивался. На ёлке горели гирлянды, ярко напоминая мимо идущим – вы на пороге самого весёлого, самого красивого праздника, готовьтесь.
Мы простились с Сергеем на перекрёстке, где наши пути расходились, я направился в сторону своего дома. По дороге вспомнил Максика. Пока я разговаривал с Таней, он крутился рядом с Сергеем. Было видно, мальчишка испытывает потребность мужского участия, он показывал Сергею свои многочисленные машины, другие игрушки, что-то увлечённо рассказывал на непонятном своём языке, демонстрировал спортивные успехи – умение лазать по шведской стенке. Делал это с завидной цепкостью и ловкостью, сопя, вскарабкивался до самого потолка, без посторонней помощи уверенно слезал с верхотуры. Глазёнки горели от похвалы Сергея…
Когда-то давным-давно друзья туристы пригласили в выходной день на дачу. Повод собраться был более чем подходящий, один из нашей компании несколько лет назад женился, супругу выбрал из дальних краёв, увезла сибиряка за Уральские горы на Волгу, и вот он приехал в гости, омские друзья тут же бросили клич на большой сбор. Июль, летняя благодать, бродят по небу беспечные облака, тёплый ветерок шумит листвой ранеток и яблонь. Что-то мы выпивали, чем-то закусывали, громко смеялись, перебивая друг друга, вспоминали весёлое из походов на Тянь-Шань и в Саяны, поездок за город на туристические слёты. Все были возбуждены не столько вином, сколько возможностью снова оказаться рядом. Вокруг дорогие сердцу лица, сладкой музыкой звучат родные голоса, в суете городской жизни это случалось реже и реже. Одна женщина пришла с сыном. Славный мальчишка лет пяти, в красивой футболке, шортиках, ухоженный. Насколько помню, звали его Радик. Что бросилось в глаза – мальчишка искал мужского внимания. И так радовался, если кто-то из нас начинал играть с ним, выслушивать его сбивчивую речь, стоило откликнуться, тут же неотступно следовал за тобой, буквально прилипал. Каждый из мужчин понимал – надо держать Радика на расстоянии, иначе мальчику будет крайне горько в момент расставания. Его сердечко воспылает надеждой – ты с ним навсегда рядом, а ты всего-то на пару коротких часов. Жизнь Радика была наполнена наполовину, мама – это хорошо, очень хорошо, но ему нужен отец, мужское участие. Физический родитель никогда не жил с ними, имелась своя семья, хотя от сына, родившегося незапланированно на стороне, не открестился в материальном плане. Радик и его мать не перебивались с хлеба на воду. Будучи человеком состоятельным, отец Радика постоянно помогал им. И мама у Радика была не из кукушек, всю себя посвящала сыну, только мальчику недоставало отца…
Работая над этой книгой, несколько раз сталкивался с ситуацией, когда встреча с одним человеком приводила к знакомству с другим потенциальным героем. Так вышло и на этот раз. Разговор с солдатской вдовой Татьяной вывел на друга её погибшего мужа. В тот же вечер созвонился с Андреем, у него заканчивался отпуск по ранению, мы решили не откладывать встречу и на следующее утро сидели напротив друг друга. Рассказы Андрея о войне, его рассуждения о спецоперации предлагаю, уважаемый читатель, в изложении моего героя – русского парня, русского воина-добровольца.
