Пока Илья воевал, лечился, козье стадо поредело. У мамы и жены сил не хватало на всё. Количество дойных коз уменьшилось почти вдвое, осталось двадцать голов. Плюс молодняк тридцать козочек. Хозяин нужен, иначе захиреет стадо. А хозяин рвался на войну доделывать незавершённое. В конце июля Илья уезжал в дивизию во Псков, двадцать первого должен быть на построении. В дивизии решится судьба – разведбат или мирная жизнь рядом с козочками и день с раннего утра до позднего вечера в крестьянской круговерти: дойка, рынок, пастбище, кормление, производство сыра, йогурта. Я терялся, что желать Илье в молитвах – продолжить ратное дело или вернуться к древнейшему труду, коим жили когда-то ветхозаветные Авраам, Исаак, Иаков… Царь Давид в пастухах помазан Богом на царство… Святитель Спиридон Тримифунтский, даже будучи епископом, пас коз и овец, на иконах изображают в пастушьей шапочке. В отпуске после ранения Илья полностью погрузился в заботы козьего хозяйства. Я напросился в гости, но сразу не получалось, только за пять дней до отлёта Ильи во Псков собрался. Дальше тянуть было некуда. Несколько раз мешало обстоятельство, ехать надо было вечером, день у Ильи занят под завязку, а у меня вечером не получалось. Да и вечером Илья не сидел без дела, когда я приехал, он завершал вечернюю дойку. И после неё не присели для разговора, всё на ходу, вместе отправились пасти козочек. Они пришли в движение, по виду хозяина определив, сейчас откроет ворота, выпустит со двора на волю. Дорогу прекрасно знали. За посёлком простиралось большое зелёное поле, дальний его край упирался в березняк, туда и устремилось стадо по дороге, разрезающей поле на две половины. Дорога грунтовая, хороша лишь в сухую погоду, благо, дней пять стояли без дождей, козочки резво переставляли ноги по накатанному. Торопились к березняку, где их ожидало лакомство. За березняком заброшенные дачи. От строений ничего не осталось, а вот кустарники с вкусными листьями росли в избытке. Козочки в основном чёрно-белые, лишь с десяток отличной масти – шерсть цвета кофе с молоком соседствовала с чёрными пятнами. От края и до края изумрудное поле было залито закатным солнцем, по синему небу плыли белые облачка. И всё-то было мирно, без беспилотников и самолётов, свиста мин и воронок, рёва танков и стрелкотни.
– Иногда иду вот так, – говорит Илья, – дышу ветром, и хочется думать – может, ничего и не было, война просто-напросто приснилась. Вот они мои козочки, все мои заботы – колготня с молоком, дойка, переработка молока, торговля. Попасу стадо час-другой, вернусь домой, дочь прибежит, мама придёт, отец позвонит. И это моя жизнь… В другой раз, наоборот, испуганно задираю голову, почудится зуд дрона в вышине…
Иерей Дионисий был рукоположен в диаконы митрополитом Омским и Тарским Феодосием в святом для Омской земли месте, в Свято-Серафимовском женском монастыре в храме в честь Серафима Саровского. Вскоре владыка рукоположил его в священники в Никольском Казачьем соборе. С дальним ли прицелом был выбран Казачий собор, построенный в XIX веке для служивого люда Сибирского казачьего войска, или так совпало, но и месяца новоначальный батюшка не прослужил, как митрополит отправил его к современному служивому люду в 242-й учебный центр ВДВ: «Ты церковную службу давно знаешь, незачем время тратить, поезжай-ка в Светлый достраивать Свято-Вознесенский храм».
Денису было шестнадцать лет, когда его отец, иерей кафедрального Вознесенского собора Новосибирска, впервые ввёл в алтарь. Будущий отец Дионисий подпономарил, пономарил, нёс послушание иподьякона у владыки Тихона, а потом у владыки Сергия. Окончив школу, приобрёл специальность плотника-столяра-стекольщика-паркетчика и начал работать в мебельном магазине реставратором мебели. Рукастый, головастый, без вредных привычек, с лёгким характером новый работник быстро завоевал уважение у начальства, дела у магазина шли хорошо, Денис зарабатывал очень даже приличные по тем временам деньги. При этом не оставлял алтарничество в кафедральном соборе. Когда подал заявление об уходе, сотрудники магазина восприняли это с позиции заработка: «Ты нашёл лучше место?» Начальство в ответ на заявление обещало повысить зарплату, не хотело терять специалиста, только причина крылась не в деньгах. Ремонтируя мебель, чаще и чаще стал Денис задумываться, бездушные шкафы и комоды лечит, а ведь мог бы служить душам людей.
