Даже в этот момент Брэнд не почувствовал никакого страха, только ненависть и необходимость вооружиться чем-нибудь для защиты. Кто-то попытался удержать его за руку и за плечо, но он рванулся в сторону, пробежал между двумя автомашинами, скользнул взглядом по длинному металлическому верстаку, тискам, сверлам, заметил кусок металлической трубы, схватил его и повернулся обратно, навстречу Макклейну. Приблизившись к сержанту, Брэнд уклонился в сторону и резко махнул трубой. Нож полетел на цементный пол, а Макклейн с диким воплем схватился за руку. Раздался громкий крик Айвиса, требовавшего прекратить драку, но Брэнду теперь было все равно. Все они против него, все его враги. Уж раз начал, надо довести дело до конца. Он отбросил кусок трубы в сторону и стал наносить сержанту все новые и новые удары кулаками. Прижав Макклейна ударами к борту грузовика, Брэнд схватил его обеими руками за горло и что есть сил сжал его. Жирное лицо сержанта набухло кровью, посинело. Кто-то угрожающе кричал Брэнду у самых ушей, чьи-то руки пытались оторвать его от сержанта; но остановить его, охладить кипящую в нем ярость и гнев уже не могла никакая сила. Этот изверг должен умереть. Сейчас же.
В этот момент его-то ударил его чем-то по затылку. Острая холодная боль — и тьма, как будто на него опустилось крыло гигантской птицы…
Брэнд выбросил окурок и сложил руки на коленях.
— После этого вы, значит, сдались, — сказал Дэмон.
Брэнд гневно тряхнул головой.
— Это они сдались мне. Я умру, прежде чем уступлю им хоть дюйм.
— А это одно и то же.
— Что одно и то же?
— Одно и то же, — повторил Дэмон. — Бунт, подобный вашему, — это все равно что лечь на землю и позволить им ходить через вас. Даже хуже. Вы говорите им, чтобы они разнесли вас на кусочки. Вы просите их об этом.
— Я смотрю на это по-другому, — сказал Брэнд.
— По-другому смотреть на это невозможно. Вы сидите здесь и отказываетесь защищать себя. Боретесь с Джеррилам и другими тюремщиками. А Макклейн гуляет в Маниле и посмеивается над вами. В этом нет никакого смысла…
— У меня есть на то свои причины.
Брэнд сказал все, что хотел сказать. Пусть даже такому честному и надежному человеку, каким, кажется, является капитан Дэмон. Есть вещи, о которых человек не рассказывает никому, несмотря ни на что.
Дэмон достал свой перочинный нож и начал чистить ногти.
— А она вовсе не нуждается в вашей защите, вы знаете? — сказал он. — Мисс Мельберхейзи. Она сама о себе позаботится.
Брэнд не смог скрыть своего удивления, но Дэмон, как бы не замечая этого, по-прежнему смотрел на свои ногти. — Вы играете на руку Макклейну, Брэнд. Делаете то, чего хочет он… Молчите, сами себя губите… Иначе говоря, предоставляете ему возможность снова встретиться с ней.
Эти слова рассердили Брэнда, и он начал было что-то говорить, но Дэмон поднял руку и посмотрел на него своим печальным озабоченным взглядом.
— Хорошо-хорошо. Может быть, она прекрасная девушка. Может быть, она больна, может быть, просто ищущая приключений богатая женщина. Я не знаю, да и знать не хочу. Во всяком случае, это меня не касается. — Он поднял указательный палец. — Одно я вам скажу: она никогда не стала бы беспокоиться о вашем добром имени, если бы все произошло наоборот… Поэтому страшного в том, чтобы рассказать о ней в суде, если потребуется, ничего нет. — Он напряженно улыбнулся. — Не беспокойтесь, богатые в ситуации, подобной этой, страдают очень редко. Расплачиваться всегда приходится таким, как вы и я.
Слушая Дэмона, Брэнд беспокойно ерзал на ящике. Этот Дэмон, несомненно, умный человек, он быстро разобрался во всем этом деле и знает о нем, пожалуй, больше, чем сам Брэнд. Ручка его перочинного ножа из рога. Это тоже примета. Так же, как найденный Брэндом разряженный патрон. Впрочем, в разгадке этой приметы он явно ошибся…
Дэмон сложил перочинный нож и повернулся к Брэнду.
— Сколько человек видели драку? — спросил он.
— Не знаю. Человек семь или восемь…
— Значит, они видели, как он угрожал вам ножом?
— Да. Но это не поможет. Все они боятся Макклейна как огня.
— Ну, это мы еще посмотрим. Возможно, мне удастся сделать так, что меня они побоятся побольше, чем Макклейна. Это точно, что он преследовал вас с ножом?
— Конечно. Он чуть не ударил меня, когда я приблизился к нему.
Наступило короткое молчание. Легкий ветерок колыхнул входные клапаны палатки, на полу закрутились маленькие смерчи из пыли.
— Дело ваше, Брэнд, — сказал тихо Дэмон. — Все в ваших руках. Можно выиграть это дело, по главным пунктам обвинения по крайней мере. По-моему, это возможно. Но для этого необходимо ваше желание бороться за правду. Другим путем, конечно, не так, как вы сейчас боретесь с тюремщиками. — Дэмон наклонился вперед и оперся руками о бедра. — Вы были хорошим солдатом, Брэнд, с отличными до этого случая аттестациями. При желании вы могли бы остаться таким и впредь… Ну как, согласны?
