Кроме этих четырех фото фон Уинверт сделала нам еще три десятка снимков – Аленки, меня, детей вместе, детей поодиночке, всей семьи… Причем наше общее, два моих фото и девять детских были такого же увеличенного формата, как и те, что висели в нашей гостиной, – 60×80. Но все мы не вывешивали. Домик Мэрилин был не слишком большим… Так что, помимо этих четырех, у нас висел еще групповой портрет детей в нашей спальне, а также общий семейный – в столовой. Ну и мой – на кухне. Это она, типа, мне так отомстила за то, что я вывесил ее портреты в гостиной.
– Привет! Я не рано?
Мы обернулись. На пороге стояла Эллен в плаще и с чемоданом. Аленка просияла. Они с немкой реально сдружились.
– Привет! Заходи, ты всегда вовремя, – улыбаясь, произнес я. И, повернувшись, крикнул: – Дети, тетя Эллен приехала!
Из внутренних помещений дома вывалилась восторженно вопящая толпа малышни, быстро облепившая фон Уинверт.
– Ну-ну, не висите на тете. Лучше помогите ей с вещами…
– Она у нас ночует?! Ур-ра-а-а!!! – И толпа малышни укатилась обратно, волоча за собой чемодан, сумку, зонтик и плащ «тети Эллен».
Когда фон Уинверт представили Изабель, у той округлились глаза. Ну так понятно – не то чтобы Эллен к настоящему моменту была уже всемирно известна, но в «узком круге ограниченных людей», имеющих отношение как к «фешну», так и к фотографии, ее имя вполне гремело. А француженка явно вращалась в подобных кругах. Ну еще бы – при таком-то дедушке… Так что взгляды, которые она снова принялась бросать на фотографии, правильно определив, кто именно та самая занимающаяся фотографией подруга, стали куда более уважительными и восхищенными.
Между тем лужайка перед домом у бассейна начала потихоньку заполняться людьми. Потому что сегодня мы праздновали день рождения моей любимой. Большой компанией. Так что глазам Изабель предстояло еще не раз удивленно округлиться.
Кстати, дом нам пришлось купить. Как только бывший владелец узнал, что у меня появились деньги, он попытался тут же взвинтить цену на аренду. В принципе, новую цену я вполне мог себе позволить, но с какого хрена! Вчера – плати столько, а если сегодня у тебя появились деньги – начинай платить втрое? Так я деньги не для тебя, сука, зарабатывал… Так что пришлось нанимать адвокатов, судиться, после чего стало ясно, что правды добиться невозможно и дом лучше купить. Что и было проделано. Поэтому сегодня мы собирались тусить уже не на арендованной, а на нашей собственной лужайке.
Декабрь в Лос-Анджелесе довольно теплый. Средняя дневная температура колеблется между десятью и пятнадцатью градусами, иногда, на солнышке, подскакивая до двадцати и более. Так что мы решили не снимать ресторан, а устроить «барбекю». Ну, или, вернее, шашлыки. Потому что именно шашлык, который благодаря мне считался во всей этой тусовке «любимым блюдом Сталина», должен был стать гвоздем сегодняшнего вечера.
Все началось еще весной, на мой день рождения. Именно тогда американские актерско-режиссерско-продюсерские ширнармассы познакомились с шашлыком. Почему так поздно? Ну так до всей этой киношной эпопеи мы жили в Лос-Анджелесе достаточно скромно, и наши контакты здесь были весьма ограничены – парочка Аленкиных знакомых из числа тех, с кем она познакомилась в очереди в маникюрный салон или в парикмахерскую, да парочка моих из числа пилотов-любителей, с которыми я зацепился языками на аэродроме, на котором раз-два в неделю арендовал легкую Cessna Skylane для поддержания летных навыков. Но особенно плотно мы ни с кем не общались, поскольку приехали сюда только, так сказать, «пожить», а не основательно обустраиваться. К тому же, обустроившись, мы начали довольно много путешествовать, проехав за пару лет весь юг и запад США, а также изрядно поколесив по штатам Новой Англии и Восточному побережью… Потом был сумасшедший период работы над «Властелином колец» и подготовка к премьере, когда мне было ну вот не до чего… Теоретически положение могло измениться на прошлое Рождество, но я тогда отправил любимую с детьми в Россию и устроил пьянку в Майами, которая также обошлась без шашлыков. И только в этом году мы наконец начали, так сказать, «выходить в свет и давать балы».
