Однажды в феврале полностью

– Молю, поцелуй меня…

– Мел… – сглотнул он, медленно опуская взгляд сначала на шею, ключицы, а затем на грудь.

– Поцелуй меня! – почти закричала я. И в это же мгновение он выдохнул мне в губы и накрыл их, обжигая страстью.

Где-то витала здравая мысль: взять себя в руки и оттолкнуть его, но всё, что я сделала – выдала предательский стон.

В эту безмолвную ночь застыло время, когда его руки скользнули вдоль изгиба моей талии, а после заключили тело полностью. Истязая мои губы страстными поцелуями, я и не заметила, как мы плавно переместились в комнату, где только блики яркой луны в эту ночь едва освещали бежевую спальню.

Армстронг на время прервал наш поцелуй, стащил с себя чёрную футболку и, швырнув её в сторону, снова прижал меня к себе, сомкнув наши губы. Его бешеная энергетика поглотила меня полностью, и это было уже выше страсти. Дин подхватил меня на руки, и мы упали на огромную постель, отчего вылетел глухой стон из моей груди.

На каждый его поцелуй и ласку я была готова отдать себя без остатка. Лишь бы только он был со мной. Здесь, сейчас и всегда. Не могла остановить его действий.

Это безумие и оно – идеальное. Ласки губ и языка такие желанные, заставили меня захлебнуться в эмоциях, и я была готова сделать всё, о чем Дин меня попросит. Но он не просил, он давал.

Армстронг страстно целовал мою шею, выпирающие ключицы, прижимая к своим совершенно идеальным таким твёрдым мышцам груди. Покусывал мочки ушей, напористо избавляя меня от ненужной одежды, едва не разрывая шелковую ткань пижамы.

Он невероятно владел страстью и нежностью. Эти два термина свойственны ему словно сами Бог и Дьявол наделили этими дарами. Под его безупречным сильным телом я горела ярче солнца, ярче миллионов огней.

– Ты уверена, что хочешь этого? – хрипло и тяжело дыша, спросил он, поглаживая мои припухшие от поцелуев губы.

В ответ я лишь игриво поманила его пальцем. Потому что осознанно желала продолжения.

– Я без сопротивлений лежу под тобой обнажённая, а ты спрашиваешь, хочу ли я этого… – прошептала ему, не прерывая взгляда.

– Ты знаешь, почему я спросил, и то, что мы сейчас делаем, не есть хорошо, но, чёрт возьми, Мел, ты настолько сводишь меня с ума, что… – не дав договорить, я закрыла его рот рукой.

– Не нужно слов. Согрей меня… – на удивление раскрепостилась я, ощутив, как всё тело изнывало от желания, и закрыла глаза.

Я прекрасно понимала, о чём он говорил, но думать об этом совершенно не хотела. Мне было всё равно. Только он и я.

– И как ты хочешь, чтобы я тебя согрел? – с хитрой ухмылкой спросил он, напористо покрывая мою шею поцелуями и лёгкий страх кольнул по телу.

Глаза распахнулись. Поскольку Брендон каждый раз делал безыскусные вещи. Всё мягко и монотонно. Кроме того он единственный, кто был в моей жизни. Опыта ноль. Я вжалась в постель как девственница, даже не зная, что ответить Дину.

– Эй… расслабься, – обожгло его дыхание уголки моих губ. – Я могу быть нежен, если попросишь… – он сделал резкий вдох и, наклонившись ко мне, поцеловал в подбородок, скользнув губами вдоль линии моей челюсти. А затем посмотрел на меня, полностью вбирая меня взглядом всю.

– А если не попрошу?

– Значит, буду делать так, как я хочу… – ухмыльнувшись, он захватил одной рукой мои запястья, завел мои руки за голову и, придавливая раскалённым торсом, начал искушать страстными поцелуями.

– Дин… – захныкала я и снова закрыла глаза, вжимаясь в постель.

– Тебе страшно, потому что ты не знаешь, каким я могу быть? – тихо спросил он, ощутив мою скованность.

– Нет, – дрожь в моём голосе выдала ложь.

– Перестань. Если бы я хотел сделать тебе больно, сделал бы. Но я никогда не причиню тебе этого. Слышишь?

– Да…

– Тогда расслабься и просто следуй своим желаниям… – ответил он, и я услышала шелест упаковки от контрацептива, когда Армстронг подтащил рукой свои джинсы, лежавшие на краю постели.

– Ты мне доверяешь? – кончик его носа коснулся моего.

– Доверяю.

Оторвав зубами уголок от упаковки, он не переставал смотреть на меня влюблёнными глазами. Казалось, Дин был готов сейчас сделать всё, чего бы я не попросила.

Мои губы снова оказались во власти страстного поцелуя. Мужские руки двигались вдоль изгиба моей талии, скользили по плечам, груди, животу, неистово сжимали бёдра, в то время как наши губы не могли насытиться поцелуями.

Полностью отдаваясь наслаждению, я с замиранием сердца ждала его каждое новое действие, тая под взглядом сверкающих страстным огнём янтарных глаз.

Целуя и лаская меня, он спускался всё ниже, оставляя следы на моей коже.