Я ахнула и прикрыла рот ладонью.
– Даже не могу представить, что чувствовала твоя мать в тот момент.
– Разуметься она места себе не находила, но спустя какое-то время мать познакомилась с Адамом Уолтером, и, к моему удивлению, этот мистер оказался вице-адмиралом. И мне есть за что ему сказать спасибо.
– Он воткнул тебя в USN?
– Не совсем так… Когда я закончил военно-морскую академию и улетел в Нью-Йорк, то во время медицинского обследования немного не прошёл по зрению. Хотя я был уверен, что у меня с ним всё в порядке. В общем Адам Уолтер помог мне и я остался служить здесь по контракту. Но будь иначе не знаю, как было бы.
Дин, погружаясь в прошлое, рассказывал мне некоторые моменты из своей жизни с улыбкой, но как только упоминания шли о его отце, в янтарных глазах тут же виднелось глубокое отчаяние и скорбь.
И даже казалось, что Армстронг не всё мне рассказал, словно у него была какая-то особая волнующая его «заноза», о чём Дин даже под дулом пистолета не стал бы говорить.
– Ну вот, Мел, как-то так.
– Мне очень жаль, что так случилось с твоим отцом. Он явно не думал о таких последствиях.
– Да, но это бизнес. Отец должен был быть готовым к любым роковым ударам, только вместо того, чтобы бороться, он просто сдался.
– Как звали того бизнесмена, с кем заключил сделку твой отец?
– Увы, этого я уже не помню. Всё, не хочу больше упоминаний об отце. Если хочешь, то спроси меня о чём-нибудь другом.
– Ладно… За плечами только военно-морская академия?
– Да. Выбрал сразу то, что по душе. А ты?
– Визажист… – довольным тоном озвучила и сложила столовые приборы на пустой тарелке.
– Наверное, аж в третьем поколении судя по обилию косметических кейсов на полках в гостиной?
– Прекрати. Просто в каждом кейсе отдельный вид косметических средств и брендов. Я очень люблю сферу бьюти-индустрии, ради чего забросила даже Колумбийский университет. Считаю, что работа должна приносить только удовольствие.
– Да уж. А кто-то нашёл своё удовольствие в другом… – откровенно намекнул Дин на свою бывшую, и замолчал.
– Хочешь правду? – он кивнул. – Стань она всё же порно актрисой, и уже меньше чем через месяц её силиконовые сиськи лопнут от рук какого-нибудь извращенца прямо в кадре во время съемок.
Дин лениво улыбнулся.
– Кстати, должна признаться, что ты очень милый, когда отводишь свою военную дисциплину на задний план.
– Вернуть? – хитро прищурил он глаза.
– Отдохни уже, солдафон… – улыбчиво произнесла я, ощутив, как алкоголь немного затуманил в голову, и погрязла в своих мыслях о том, чем же закончится сегодняшняя ночь.
Опасно. Особенно сейчас, когда мы один на один. А все мои наигранные безразличия к нему уже начинали лететь к чертям. Хотелось ему подчиняться, хотелось безграничной власти надо мной, чтобы он целовал кожу сладкими касаниями губ, не унимая страсти.
– Играешь? Мел, приём, я уже второй раз спрашиваю, вернись на землю, – отвлёк меня его голос от горячих мыслей, и я увидела, что Дин задержал взгляд на белом фортепиано, а затем перевёл взгляд на меня.
– Ой, извини, немного задумалась. Да… Играя на фортепьяно, звуки клавишных словно уносят меня во вселенную, помогая на время огородиться от суровой реальности, и раствориться в личных мирах, – я подошла к фортепиано, и, сев за него, сыграла свою любимую композицию
– Весьма похвально…
– Спасибо. Наверное, если бы я не была так без ума от произведений этого великого композитора, то, возможно, никогда и не освоила бы клавишные.
Я медленно подошла к Дину и, перекинув через него ногу, нагло уселась к нему лицом и запустила пальцы в мужские волосы. Вино в крови набирало обороты, а голова пульсировала различными мыслями, что толкали уже на немыслимые действия, глядя на парня. Он напряжённо вздохнул, когда я немного качнула бёдрами вперёд, а его глаза, глядя в мои, горели так, что можно было с лёгкостью воспламенить всё, что угодно. Напряжение между нами возрастало до небес.
– Брендон наверняка в восторге от твоего творчества?
– В какой-то степени да. Только мне порой кажется, что кроме своей работы он больше ничего вокруг себя не замечает… Но он такой… какой есть…
– Тогда я вообще не могу понять, какую он роль играет в твоей жизни, – Дин помотал головой и отвёл глаза, а затем снова уловил мой взгляд.
– Главную…
– Особенно в то время, как ты сидишь на мне…
Его тёплые ладони, медленно скользнули вверх по моим бёдрам и остановились на талии. Напряженный вздох теперь вырвался из моей груди.
– Ох. Кажется… я не много пьяна… – заметно растерялась я.
– Не бойся, я не буду пользоваться твоей слабостью.
– Вообще-то я замужем… – растопыриваю пальцы, мелькая перед его глазами кольцом, но Дин лишь смотрит мне в глаза.
– Ещё нет, а значит, в каком-то смысле ты свободна.
– Пойду, расстелю тебе постель. Ляжешь в моей спальне. Скоро вернусь.
Ничего я не ответила на его слова касательно замужества и свободы, и вышла из гостиной.
