Человек, убивший Димси, тем временем вытащил нож из бока Дика и воткнул его снова чуть выше лопатки. Дик завизжал от боли и отпустил руку нападавшего, казалось, что весь его воинственный пыл пропал, он отступил назад, покачнулся. Крису было невыносимо смотреть на это, он видел, как изо рта у пса капало что-то тёмное, и понял, что это кровь. Потом Дик упал, и внутри Криса что-то оборвалось.
– Ты ответишь за это, сукин сын! – крикнул Крис, хотя этот крик и вызвал новый всплеск удушающей боли.
– Так иди и накажи меня, – сказал человек, и хотя его голос звучал насмешливо, его взгляд оставался отстранённым и задумчивым, будто мыслями он был где-то очень далеко. Он поднял окровавленную руку, в которую вцепился Дик, к глазам и с каким-то интересом рассмотрел её. Вся рука от запястья до локтя была покрыта обрывками одежды и с неё потоком бежала кровь, но человека это как будто совсем не интересовало. Он опустил руку и, держа лезвие ножа кверху, шагнул к Крису.
Крис решил, что он мертвец. Несмотря на всю свою решимость, он понимал, что сейчас не в состоянии драться. У него не было никакого оружия, а правой рукой он даже не мог пошевелить, она просто висела вдоль туловища бесполезная, как плеть.
– Ну, так ты идёшь?
Человек шагнул к Крису, и Крис в его глазах, отчуждённых и безжалостных, увидел свою смерть. Но было в глазах убийцы что-то ещё, что-то, что пряталось в глубине его глаз. Синий отблеск чего-то ужасного и одновременно с этим прекрасного, будто этот человек видел что-то такое, чего не видел Крис, и ему стало по-настоящему страшно. Это было выше его понимания, но в тот момент, когда Крис увидел этот холодный сухой отблеск, так, наверное, блестят камни, отражая свет луны в пустыне, он понял, что за этим человеком скрывается куда большее чем он сам, он понял что перед ним был не просто сумасшедший, взявший в руки нож, а сила, неведомая и чудовищно могущественная. Глаза человека были глазами вековой мумии, бессмысленно, нечеловечески жестокими и одновременно мудрыми, видевшими так много, что у Криса даже закружилась голова.
Крис стоял ошеломлённый открывшимся перед ним откровением, лишённый сил бороться и лишённый оружия. У него не было шансов перед этим человеком, даже без его могущественного союзника, а что уж было говорить о том, чтобы бороться с ними обоими, кем бы ни был второй. Теперь Крис понимал, почему этому человеку так легко удалось убить и Димси, и Дика и почему на его крик не прибежал ни один человек. Его охватило отчаяние.
Человек с ножом сделал ещё шаг к Крису, и на его губах играла бессмысленная тупая улыбка. Он будто и не чувствовал, что по руке у него бежит кровь, это его совсем не волновало. Крис вжался в стену, но дальше отступать было некуда. Внезапно Дик, лежащий у ног убийцы, показал больше жизни, чем можно было ожидать. Он поднял голову и вцепился зубами в лодыжку человека. Убийца остановился и с удивлением посмотрел вниз, дёрнул ногой, но Дик держал его крепко.
Крис увидел, что человек с ножом был неприятно поражён тем, что Дик не просто жив, а что он продолжал бороться, несмотря ни на что, и ему стало стыдно за свою слабость. Дик отдал жизнь, защищая его, и даже на грани смерти продолжал сражаться. Крис же готов был сдаться, едва увидел таинственный блеск в глаза убийцы. От одного только вида этого загадочного страшного света у него подкосились от страха ноги и ушла вся воля к сопротивлению. Но больше он этой ошибки не повторит. Но как сражаться, если у тебя сломана ключица и несколько рёбер, и нет никакого оружия? Внезапно Крису вспомнился наполненный зноем и сухим горячим воздухом день, когда он шагал к дому родителей, а потом мама встретила его на дорожке вместе с Димси. Почему-то это воспоминание казалось важным, но Крис не мог понять почему.
Патрик наклонился к Дику и ударил пса рукоятью ножа по голове.
– Отпусти, – сказал он без всякой злобы. – У меня нет на это времени.
Но Дик не отпустил, и тогда Патрик вонзил нож в основание шеи пса. Дик вздрогнул, его тело обмякло, и он отпустил ногу убийцы. Патрик высвободил свою лодыжку и посмотрел на порванные брюки и кровь.
– Ты хорошо потрепал меня, дружок, – сказал он мёртвому псу и рассмеялся, будто сказал чрезвычайно смешную шутку. – Но я всё равно убил тебя.
А Крис тем временем продолжал вспоминать события прошедшего дня. Он вспомнил, как купался, потом вспомнил, что играло по радио, что-то из джаза, кажется, это был Луи Армстронг. Крис не был уверен, но думал, что это был он, его музыка всегда западала Крису в душу, а мелодии, игравшие, когда он вернулся в родительский дом, однозначно запали в его душу. Потом он вспомнил весёлый голос Джорджа, так неподходящий той новости, которую он сообщил, он сказал, что на них идёт ураган, и мэрия советует всем собраться на холме в старой тюрьме штата. Все эти воспоминания были лишены смысла и совершенно не ко времени, но странный холодный голос внутри Криса говорил обратное. Эти воспоминания были чрезвычайно важны, просто он не мог понять почему, но следовало разобраться в этом как можно быстрее.