Адрианна утвердительно кивнула и убежала. Джорджа порадовало, что она ни разу не обернулась на Кэлвина и его проклятую сумку. Сам же он почувствовал себя таким обессиленным, что откинулся обратно на одеяло и стал смотреть в потолок. Но взгляд его продержался там недолго, потому что на помосте появилось движение. Даже несмотря туда, Джордж понял, что Кэлвин собрался вытащить шар из сумки. И Джордж, вопреки своей воли, почувствовал нарастающее возбуждение. Такое ощущение ты испытываешь, идя к обрыву за момент до того, как увидеть пропасть. Ты знаешь, что она там, ты чувствуешь её и, несмотря на то что она страшит тебя, ты всё равно хочешь увидеть её. И Джордж хотел увидеть её, несмотря на страх. Он опустил глаза и стал следить за руками Кэлвина с той внимательностью, с которой следят за руками фокусника.
Кэлвин тем временем открыл сумку и с озорной улыбкой окинул взглядом всех людей, собравшихся внизу. Глаза у всех были распахнуты, и многие перестали дышать в ожидании.
– Так вы готовы увидеть его? – спросил Кэлвин, как опытный оратор, умеющий завести толпу, и Джордж задался вопросом, а сколько раз он уже проделывал подобное?
– Мы готовы! – проговорило множество голосов. Судья, МакКинли и другие, стоявшие за спиной Кэлвина, пододвинулись поближе, чтобы лучше видеть.
– Тогда смотрите! Перед вашими глазами седьмое чудо света! – с этими словами Кэлвин вытащил из сумки большой идеально ровный шар, и по залу прокатился вздох волнения и изумления. Шар выглядел обыкновенным, но в то же время ничего обыкновенного в нём не было. Его поверхность была равномерно чёрной почти агатовой, но внутри этой темноты прятался свет. Никто в блоке до этого не видел волшебных кристаллов, но все знали это, так же, как знали, что солнце восходит на востоке и садится на западе.
Кэлвин положил шар себе на раскрытую ладонь, и внезапно шар вспыхнул, будто тысячи ламп зажглись по всему блоку. Свет его был таким ярким, что он должен был ослеплять, но он не ослеплял. Это был волшебный свет, и всё в его свете казалось чудесным и прекрасным. Восторженный шёпот пробежал по толпе. Все стояли, задрав головы, пытаясь захватить как можно больше света, впитать его в себя, проникнуться хотя бы частичкой волшебства. Джордж заметил, что старые, облезшие стены Блока А в свете шара стали выглядеть как новые, краска была ровной и яркой, а все следы увядания исчезли, будто этих лет запустения и не было. Но главные изменения произошли с людьми вокруг, все будто помолодели и похорошели. Джордж с шоком осознал, что Мелисса Росби, стоявшая ближе всех к нему, стала выглядеть иначе. Мелиссе было за пятьдесят, но в свете шара она выглядела не больше, чем на тридцать, её кожа выровнялась и приобрела упругость молодости, волосы заблестели, а талия, как бы это ни казалось невероятным, стала тоньше. Джордж смотрел на неё и не верил своим глазам. Мелисса стала не просто моложе и подтянутее, она превратилась в настоящую красавицу. Он не знал, что именно добавило ей привлекательности, резкое омоложение или загадочный ярко-голубой свет в глазах.
Мелисса, будто почувствовав взгляд Джорджа, опустила на него глаза и улыбнулась. Давно ни одна из женщин так не улыбалась Джорджу. Эта улыбка Мелиссы обещала ему так много, что у Джорджа закружилась голова.
«Это наваждение, – напомнил он сам себе, закрыв глаза и стараясь не смотреть на шар. – Иллюзия и не более того».
Но не смотреть на шар было очень тяжело, почти невозможно. Его околдовывающее сияние проникало даже через закрытые веки. Джордж не мог больше сопротивляться и открыл глаза. Сияние проникало в его душу, вытесняя все его мысли и будто вытесняя его самого, заменяя кем-то, готовым подчиняться свету, следовать за ним, выполнять все его желания.
– Я говорил, что моему шару кое-что нужно от вас? – заговорил Кэлвин. – Ему нужны силы, чтобы его сияние не померкло, чтобы оно оставалось таким ярким.
– Говорил! – ответило множество голосов, все глаза в блоке без исключения смотрели на шар, – скажи, что ему нужно, и мы всё сделаем.
Джордж заметил, что и сам произносит эти слова. Но это его не испугало, он действительно хотел, чтобы сияние не померкло. Разве это не будет преступлением допустить, чтобы шар погас? Джордж поразмыслил и решил, что это будет даже пострашнее преступления. Они должны были сделать всё от них зависящее, чтобы колдовской свет и дальше мог радовать их.
– Шару нужно питание, – довольный ответом горожан, продолжил Кэлвин. – Чтобы набраться сил, ему нужно есть, впрочем, как и всем нам (разве я говорю неправду?). Но в рацион шара входит не обычная еда, жареное мясо там или овощи, ему нужны эмоции. Чем больше эмоций, тем лучше.
– Мы готовы тебе всё дать, – крикнул мужчина, стоящий в первом ряду. – Нужны наши эмоции, так забирай их!
– Я уже забираю их, – ответил Кэлвин. – Но этого мало, шару нужно больше.
– Мы сделаем всё, что от нас потребуется, – крикнули ещё несколько человек. – Что нужно сделать?
– Ваш восторг – это хорошо, но это всего лишь одна разновидность блюда, шару нужно попробовать и других.