– Но что именно ему нужно? – спросил Лоуренс, прижав голову к прутьям, будто это могло помочь ему лучше расслышать ответ.
– А мне откуда знать, – ответила Реджина и рассмеялась грубым каркающим смехом. От этого смеха по спине Оливии пробежали мурашки. Этот полубезумный смех в полутёмном блоке смертников, когда за стенами бушует ураган, испугал кого бы угодно.
– Но ты же с ним знакома, ты знаешь, что именно он ищет, – не отставал от Реджины Лоуренс.
Но его вопрос вызвал лишь новый взрыв хохота.
«Она сумасшедшая», – подумала Оливия.
– Если бы я знала, что он задумал, неужели я бы оказалась здесь, в этой клетке? – спросила она, давясь смехом. – Я никогда не была ему другом, я была всего лишь кормом для его шара, а когда он высосал меня досуха, он бросил меня как старую ненужную вещь. – Теперь в смехе женщины слышались слёзы. – Всё, что я знаю, это то, что он ещё не закончил с вами. Его представление – это только начало.
Внезапно дверь в блок отворилась, и на пороге появился Гарет. Его лицо было пепельного цвета, а в глазах застыло безумное горе. Оливия увидела, что Гарет в руках держал карабин. У неё в голове мелькнуло, что он пришёл, чтобы убить их, столько безумия было в его глазах, но вместо того чтобы стрелять, он положил карабин на плечо и, вытащив из кармана связку ключей, открыл камеру.
Лоуренс отступил назад и бросил взгляд на Оливию. Она поняла, что он хотел, чтобы она стала за его спиной. Именно так она сделала.
– Что тебе нужно? – спросил Лоуренс, не сводя настороженного взгляда с Гарета.
Но вместо ответа Гарет протянул Лоуренсу свой карабин.
– Мне нужна ваша помощь, – сказал он.
Лоуренс только посмотрел на оружие, но не взял его.
– Ты хочешь дать оружие нам, преступникам? – спросил Лоуренс. – Зачем тебе это? И почему тебе нужна именно наша помощь? Ты же не думаешь, что я буду рисковать своими людьми без веской причины?
Лицо Гарета дрогнуло, но он очень быстро взял себя в руки.
– Этот сукин сын убил моего сына и, похоже, собирается убить вас всех, – проговорил он.
– Убил твоего сына? – переспросил Лоуренс. – Собирается убить нас?
– Я не знаю, что происходит в Блоке А, я специально не заходил туда, чтобы этот шар не околдовал и меня, но я слышал, что Кэлвин предложил сжечь вас, сжечь вместе с Реджиной, чтобы накормить свой шар.
Оливия с трудом понимала, о чём говорил шериф. Кэлвин хотел сжечь их заживо, чтобы накормить шар? В голове не укладывалось, что такое просто возможно, не говоря уже о том, чтобы жители городка с судьей и этим крутым маршалом МакКинли согласились на это. Это было невозможно… или возможно.
– И ты решил помочь нам? – казалось, Лоуренс не верил ни одному слову Гарета.
– Я собираюсь помещать этому ублюдку, что бы он ни задумал, – проговорил Гарет. – Но одному мне не справиться. Мне нужна ваша помощь. Но у нас нет времени на разговоры, скоро они будут здесь.
Гарет кинул карабин Лоуренсу, и тот поймал его. Гарет из кармана вытащил свой револьвер и протянул его Оливии, она взяла его после секундного раздумья.
– Это шар им приказывает? – внезапно спросил Лоуренс. – Шар говорит им убить нас?
– Предложение сжечь вас заживо я слышал от Кэлвина, – ответил Гарет. – Но думаю, шар говорит людям, что это хорошая идея, иначе я не понимаю, как они вообще слушают его.
– Потому что этот Кэлвин дьявол во плоти, – расхохоталась Реджина. – Этих людей ничем не убедить, они сделают всё, что он им велит, и будут визжать от восторга.
– Её они тоже хотят сжечь? – спросила Оливия.
Гарет молча кивнул головой и двинулся к выходу.
– Но что мы можем сделать с таким количеством людей? – продолжила Оливия. Она видела, сколько народа собралось в блоке, там было несколько сотен людей. Даже с оружием в руках она чувствовала надвигающийся страх.
– Мы остановим Кэлвина и разобьём его шар, тогда остальные поймут, что происходит, – предложил Гарет.
– Думаю, может сработать, – проговорил Лоуренс, и голос его звучал на удивление спокойно. – Нужно было пристрелить этого Кэлвина, когда он только подумал открыть рот.
– Я так и сделаю, – сказал Гарет и вытащил большой сверкающий холодным огнём револьвер. – Всажу пулю прямо в лживый рот этого сукина сына.
Оливии показалось, что от револьвера в руках Гарета шёл вполне явный запах пороха, из чего следовало, что им пользовались совсем недавно. Она задалась мыслью, а кем был тот человек, против которого применили этот револьвер. Но не успела её мысль пойти дальше, как дверь в блок распахнулась и вбежала девушка в светлом платье. Одну щёку девушки украшал уродливый длинный как нож шрам.
Взгляд девушки скользнул сначала на Лоуренса и карабин, потом на Оливию и стоящего за её спиной Майка, а потом остановился на Гарете.
– Они идут.