(Что может быть хуже, когда тебя – возбуждённого, порет платьем голая женщина за несуществующую вину!)
–– Получил удовольствие? – спросила Целепа и пригладила свои волосы рукой. Ланца затравленно всхлипнул.
глава 19
Очень-очень короткая глава про «совет да любовь».
-– Мы тренироваться! – выкрикнул Хо и потянул Нико за воротник майки сзади. Нико согласно закивала головой. Мол, времени нет и надо приступить к тренировке немедля!
–– Да ладно… сначала завтрак переварим, – ответил Антонио за всю семью Санчесов. И Нико и Шитао совершенно одинаково завертели головами, выражая несогласие, идущее вразрез с общим мнением.
–– Спелись, – отметил Паулито удивительную гармонию, коя царила между младшей сестрой и сынком полковника.
Дело происходило на следующий день после покушения на лейтенанта Хо – в четверг. Был первый выходной из трёх, после череды дневных дежурств.
–– Ну, куда с полным животом…, – сопротивлялся старший брат, на плечах которого лежала забота о здоровье членов семьи и их гостей.
Шитао уже спустился вниз и оттуда призывно завыл. – Малыш, ты скоро?!
Все Санчесы одновременно с затаённым ужасом уставились на Никушу, ожидая её реакцию на «малыша».
–– Уже иду! – бодро выкрикнула девица и выскочила на трап вслед за своим «дицзы».
Четыре брата Санчес посмотрели друг на друга, потом на матушку, потом на отца, который невозмутимо прихлёбывал «компот».
–– Чёй-т? – спросил ошеломлённый Антонио.
–– Пусть идут, – спокойно ответил папаша Петро и бросил короткий взгляд на супругу.
Алехандро молчаливо встал изо-стола, прошёл в салон, где завалился на полку и стал смотреть на тренировочную площадку через иллюминатор Касперо. Там Шитао и Нико делали неторопливые разминочные движения.
-– Сказала? – спросил Хо у пикиньо.
–– Нет ещё, – хмуро ответила Санчес.
–– Да ты что! – зашипел лейтенант. – Отец уже в эту субботу приедет!
–– Так быстро?! – удивилась Никуша.
–– А чего ждать … переспи…, то есть, поженимся и всё…
–– Э-эй!
–– Так… иди сюда…
Алехандро в Касперо удивлённо поднял брови когда всего лишь через пять минут вялых разминочных движений лейтенант Хо утянул Нико за полуразрушенную стену неизвестного строения тут же в цеху. Когда-то стена принадлежала курилке или комнате для надсмотрщиков.
–– Странно это…, – изрёк Алехандро.
–– Что? – откликнулся Антонио, заглянув в спаленку и заваливаясь на свою полку – переварить завтрак.
–– Да так…, – туманно ответил ему младший брат. – Просто странно! Ветер дует, солнце светит! Пойду, на природу полюбуюсь, подышу, позагораю…, – он встал и направился к выходу.
–– Главное не увлекаться! – напутствовал Антонио младшенького.
За стеной Шитао и Нико целовались. Никочка стояла спиной к стене, лейтенант упирался одной рукой в стену, и другой – прижимал девушку к себе. Шитао был высоким, а Нико едва дотягивала ему до середины груди, соответственно поцелуи стоили им обоим больших трудов. Через минуту он вышел из положения тем, что просто поднял её в воздух на высоту своей головы, и стал удерживать на весу. Нико дабы компенсировать неудобство – обняла его поверх плеч и обхватила ногами вокруг торса.
–– Не понял! – громко и возмущённо сказал Алехандро, появившись за спиной у преступника и негодяя Хо!
Шитао, не оглядываясь, отлепился от своей добычи, бережно опустил на землю и повернулся к брату Нико лицом. Сама девица оказалась надёжно спрятана у него за спиной.
Несколько минут противники смотрели друг на друга с одинаково сосредоточенным и недовольным взглядом. По мнению Санчеса: проклятый аристократ совсем-совсем не испытывал чувства вины и смущения, хотя был пойман с поличным! По мнению Шитао: «братиш» Нико совсем, окончательно и бесповоротно оборзел!
–– Всё, ты попал! – торжественно и с большой долей злорадства объявил Алехандро. – Антонио тебя яйца отрежет, и не посмотрит – чей ты сын!
Нико выбралась из «укрытия» и незаметно ушла вбок – из поля зрения брата и возлюбленного – пока оба товарища занимались противостоянием. Так же незаметно она оказалась за спиной «вредного Санчеса», где ею было произведено некое действие, в результате которого оглушённый Алехандро без сознания повалился на тренировочный ковёр.
Шитао слегка поменялся в лице – только что он был готов расстаться с яйцами и вот уже шантажист лежит почти без пульса.
–– Наручники давай! – приказала дева.
–– … Зачем…?
Не вдаваясь в объяснения, Никуша самолично обшарила ему карманы, откуда на свет появились наручники. Она вернулась к старшему брату, оттащила его за ноги к стене, и пристегнула наручником к ржавой петле, которая торчала из кирпичей в полуметре над бетонным полом. Бедный Алехандро остался лежать с поднятой вверх рукой и головой склонённой на грудь.
Шитао растерянно простоял всю процедуру пленения одного из своих будущих шуринов.
–– Да не боись, это ненадолго, – пояснила девица. – Я его знаю! У нас есть максимум пять-десять минут. Пойдём! – она схватила молодца за запястье и потащила к Касперо.
