Орлов хлопнул Вальдемара по плечу:
— Ну ты даешь! Докопался! Готовят его к 2004 году?
— Конечно! Это последний резерв прозападной элиты Чубайса — чистенький, аккуратный, суемудрый говорун, требующий досрочной отставки Ельцина... С каких это пыжиков-рыжиков? Ты можешь себе представить, что он замахнулся на Ельцина без его разрешения? Я не могу. А кто способен согласовать этот фальшивый шахер-махер с Дьяченко? Только Чубайс. А нужны нападки на Ельцина, чтобы поднять свой авторитет у наивных людей: вот какой смелый политик, бросает открытый, честный вызов Лужкову, он и президента из Кремля гонит. Кричат «Осанна!». А по мне, так лучше бы «Распни!», добра не будет.
— Но ведь ясно, одолеть Лужкова на декабрьских выборах он не сможет.
— Ко-остя! Да перед ним эта невыполнимая задача и не стоит. Он стремится раскачать систему столичной власти и на ее жесткой критике заработать политический капитал. Это же рецепт перестройки, Костя. Под предлогом разрушения командно-административной системы захватить власть. А уж там пойдут такие конверты, доставленные фельдами, спецсвязью, что только держись. Да вдобавок с выполнением поставленных задач без ограничений. Потом кадровая селекция, а то и ковровый снос. Уж я-то знаю, что говорю, сам стал жертвой такого обмана.
Для Орлова расследование Вальдемара стало точкой нового отсчета времени. На выборы, на Лужкова и на Кириенко ему было, как говорится, с высокого дерева. Там, на верхах, не отношения, а сношения, правда, неизвестно, кто кого, ну их к дьяволу. Другое важно: учитывая замах Чубайса, который уже не на словах, а на деле готовится к 2004 году, можно понять, кому, для чего и когда понадобится подавление антивирусного потенциала. Россию в очередной раз хотят разоружить.
Господь Бог через интересного человечка Вениамина Петрова предупредил об опасности.
И надо работать с упреждением. Он, Орлов, обязан противостоять. И пусть, как справедливо утверждала небезызвестная мадам Шапокляк, хорошими делами прославиться нельзя, пусть ежи режима колют до крови. Такое сейчас время, что жизнь опять превращается в паркур, сплошь препятствия. Теперь так: либо вытянешь этот воз, либо протянешь ноги. Но что поделать, труса праздновать никак нельзя... Хочешь, чтобы Россия снова стала державой, прежде всего надыть держаться самому.
6
Из всех институтских дисциплин Костя особенно не любил скучный, нудный сопромат. Зато сопроматчика Деревянко запомнил на всю жизнь. Казалось бы, мелькнул всего-то в одном семестре на втором курсе, а в память врезался наравне с профессором родной кафедры. Деревянко учитывал, что сопротивление материалов — предмет заунывный, муторный, и на лекциях разжевывание графических замысловатостей перемежал с любопытными отступлениями на вольные темы.
Орлову запомнилась его неожиданная вставка: если совокупность фактов рассматривать с разных точек зрения, можно получить весьма неожиданный результат. Мысль, конечно, банальная, но пример, который привел Деревянко, привлек внимание. Он посоветовал студентам почаще баловаться ребусными картинками из популярных журналов. Например, нарисован деревенский домик с садом, а в подписи сказано: найдите на рисунке скачущую лошадь или самосвал с поднятым кузовом — да что угодно. Деревянко даже принес несколько таких рисунков. И оказалось, распознать то, что не видно с первого взгляда, не так уж и просто. Зато поучал студентов этот забавный сопроматчик, такие упражнения о-о-очень — тянул десять «о» — полезны для пытливых умов.
В перерыве студенты посмеялись, а студентки похихикали над чудачеством лектора. Но Орлов на тот пример спикировал, заменил факты, которые его не очень интересовали, на смыслы, которые были ближе уму, и зарубил себе на носу: в любой смысл надо вдумываться глубже — нет ли под ним чего-то совсем-совсем постороннего, а то и противоположного.
В суете повседневных дел, среди событийного хлама он, конечно, не углублялся в поиски потаенных смыслов. Но если откуда-то со стороны надвигались серьезные новшества, Костя каждый раз вспоминал забавного сопроматчика Деревянко и пытался углядеть, нет ли за деревенским домиком с садом самосвала с поднятым кузовом.
Так случилось и на сей раз. В айтишных делах, а тем более в антивирусных тревогах Орлов, разумеется, был куда сильнее Вениамина Петрова с его любительскими познаниями. Но этот любопытный человечек не только предостерег от грядущих напастей, но и побудил Костю глубоко задуматься о том, что вообще происходит в родных айтишных пенатах.
