Одно темное окно полностью

Элм выпрямился у очага. С его лица исчезло выражение скуки, сменившись лисьей улыбкой. Взгляд зеленых глаз метался между мной и капитаном дестриэров. Что бы он ни предвкушал, казалось, это сулило ему приятное времяпрепровождение.

Рэйвин вышел из тени и встал передо мной, не отводя взгляда от моего лица. Я боролась с желанием поерзать на стуле.

– Вы доверяете нам, мисс Спиндл? – спросил он.

Влияние Косы пробудилось. Единственным желанием стало ответить искренней правдой. Но Рэйвин Ю и его кузен не знали, что у меня большой опыт в борьбе с собственным разумом. Одиннадцать лет практики.

Я крепче вцепилась в сиденье стула, пот выступил на ладонях.

– Пока не знаю, чему доверять, – сказала я.

– А как же Рэйвин? – спросил Элм возле очага. – Кажется, ему вы доверяете.

Я посмотрела на капитана дестриэров, взгляд его серых глаз не отпускал меня. Рэйвин стоял, сцепив руки за спиной, расставив ноги на ширину плеч. Он напоминал солдата – столь же неподвижен и суров.

Но он больше, чем просто солдат. Он тень на лесной дороге. Хранитель ключей и секретов, невидимка, не считая его пурпурного и бордового свечения. Мужчина со множеством масок.

«Предатель», – сказал Кошмар.

«Разбойник», – ответила я.

Стоило нашим взглядам встретиться – в серой вспышке – и я вспомнила, как стояла возле двери в покоях Рэйвина, его тело возвышалось надо мной, палец прижимался к моим губам.

Я отвела взгляд. Слишком поспешно.

– Как я могу ему доверять? – ответила я Элму. – Мы только познакомились.

Улыбка принца не источала радушия.

– Думаете, он красив?

Элм забавлялся со мной, как кошка с добычей. Я закусила губу, решив не отвечать, но влияние Косы – потребность дать ответ – одержало верх.

Голова начала раскалываться. Пот выступил на лбу и затылке. Когда я заговорила, голос звучал сдавленно.

– Да. – А следом назло добавила: – Для дестриэра.

Принц хихикнул. Рэйвин бросил на него прищуренный взгляд. И все же я не упустила, как губы капитана чуть дернулись в уголках, сформировав неуловимую полуулыбку, натянутую невидимой нитью.

– Поведайте нам больше о своей магии, – попросил Филик Уиллоу, вставая из-за стола. – Ограничивается ли она тем, что вы можете различать Карты Провидения по цветам? Или же вы обладаете и другими дарами?

«Осторожно, – предупредил Кошмар. – Чувствуешь влияние Косы?»

Да. Едва ли я когда-нибудь испытывала столь сильное желание, как то, что побуждало меня рассказать Совету все, что они хотели знать. Я чувствовала себя взаперти разваливающегося убежища собственных мыслей. Казалось, будто Коса билась о несущую опору, и каменный потолок моего разума трескался.

Когда я замешкалась, Рэйвин приподнял брови.

– Простите меня, мисс Спиндл, но вы не похожи на того, кого тренировали для боя. Возможно, благодаря удаче вы могли сбить с ног Элма, – сказал он, одарив кузена кривой ухмылкой, – но не меня. Вам подвластна иная магия?

Мне хотелось быть честной. Вернее, Элм Роуэн с Косой хотели, чтобы я была таковой. Я взглянула на остальных, многие откинулись на стульях, напряженно вглядываясь в меня в ожидании ответа. Мои ладони стали скользкими от ледяного пота. Одно неверное слово, и присутствующие поймут, что им нужна не моя магия… а монстр в моей голове.

«Помоги мне», – взмолилась я в пустоту.

Кошмар скользнул по нашей общей тьме, сопротивляясь влиянию Элма.

«Со мной здесь будет легче, моя дорогая. В конце концов, Коса на меня не действует».

Я моргнула.

«Что? Почему ты не сказал раньше?»

«Ты не спрашивала».

Магия. Я ощутила ее, учуяв запах соленой воды. Кошмар зашевелился, ослабляя веревку, которой Элм Роуэн обвязал мой разум. Магия Косы утратила былую силу, желание быть честной – податливой и послушной – угасло, смытое волной соли.

Я задыхалась, хватая ртом воздух, однако мой разум внезапно успокоился, последние остатки влияния Косы рассеивались, как рябь на воде. Когда я заговорила, мой голос приобрел железные нотки.

– Нет, – сказала я Рэйвину. – У меня нет другой магии. Я лишь могу видеть Карты Провидения.

Прищурившись, капитан склонил голову набок. Я выдержала его взгляд, заставляя черты лица оставаться неподвижными. Если Рэйвин и подозревал, что я избавилась от контроля Косы, он этого не сказал. Тем не менее я не упустила острую грань сомнения, закравшуюся в уголки его глаз.

– Кто обучал вас драться? – спросил капитан.

– Никто, – ответила я. – Выживать я научилась самостоятельно.

– И вы никогда никому не рассказывали о своих способностях?

Я подняла на него взгляд.