– Чью зараженную кровь вы будете использовать для объединения колоды, если не кровь Эмори? – спросила я, стискивая подол платья.
– Кое-кого из приближенных к королю, – напряженно ответил Рэйвин. – Того, кто совершил великие злодеяния.
Не выдавая волнения, я потянулась к своему разуму.
Смех Кошмара эхом отозвался в пещерном мраке.
Закрыв глаза, я вздохнула. Не могла представить себе Бландер без тумана, как не могла вообразить способ найти Карту Двух Ольх. Карту, которая утеряна на протяжении веков. Хуже того, от одной мысли о том, чтобы принести кого-то в жертву, заслуженно или нет, и пролить зараженную кровь, дабы объединить колоду Карт, у меня скрутило живот. Возможно, именно поэтому последняя страница «Старой Книги Ольх» всегда казалась мне сказкой – темной, причудливой. Невыполнимой.
Я чувствовала это в их глазах, в плечах, в воздухе, который мы разделяли – напряжение, но с толикой надежды. Они отчаянно нуждались в моей помощи, в моей магии.
Я скользнула ладонями вверх по рукам, зная, что ждет меня под рукавами. Я почувствовала это в своих венах в тот момент, когда попросила Кошмара о помощи – в миг, когда избавилась от влияния Косы. Оно всегда там, как и застывшее в ожидании существо в моем разуме.
Чернота. Темная, как чернила. Магия.
Магия, достаточно сильная, чтобы найти карту, потерянную пять сотен лет назад.
– Я сделаю это, – сказала я, пока сердце отбивало бешеный стук. – Чтобы исцелиться, я помогу вам найти Карту Двух Ольх.
Я ждала у входа в подвал на каменных ступенях, обхватив голову руками. Прошел всего час с момента встречи с Советом, но этот час показался мне целой вечностью. Надо мной прозвучал колокол, пробивший одиннадцать. Пир закончился – торжество переместилось на улицу, ради танцев и распития вина.
В подвале же обсуждали мою судьбу.
Я вертела амулет в руках. За дверью погреба на фоне остальных можно было различить только тон леди Ю. Кто-то кашлянул. Я протерла глаза.
Мерзкий звук скрежета отозвался в сознании. Кошмар ковырялся в зубах.
Я раскрыла рот.
Мне хотелось протянуть руку в темноту и ударить по его чудовищному лицу.
Кошмар рассмеялся.
Если бы я так не устала, могла бы возразить – добиться от Кошмара большего, стремясь узнать секреты, которые он охранял, как жадный дракон. Я все еще многого не знала о нем.
Но Кошмар выбрал удачный момент – бросил хлебную крошку на вершине горы. Если бы я захотела узнать больше, мне бы пришлось потрудиться.
А для этого я слишком устала.
Смех гостей, праздновавших Равноденствие, скатился по лестнице. Я зевнула и, хмурясь, глянула на дверь подвала. Что можно так долго обсуждать?
Хвост Кошмара издал свистящий звук.
Из-за толщины дерева голоса трудно было различить. Я скользнула к двери, молясь, чтобы собаки по ту сторону не выдали меня. Затаив дыхание, приложила ухо к щели между деревом и каменной рамой.
– Понадобится причина, чтобы Хоторны отпустили ее в наш замок, – сказал кто-то. – Как и Эрик.
– Я ей не доверяю, – произнес другой голос. Элм. – Ее манеры слишком отточены, а слова чересчур осторожно подобраны.
– Разумеется, – парировала Джеспир. – Не будь она осторожна, не смогла бы так долго ускользать от дестриэров и целителей.
– Ее место здесь, – заявил еще один голос. Филик. – Моретта видела ее. Элспет поможет нам найти колоду. О чем тут спорить?
