Я поспешила через кухню, направляясь в свою комнату, но остановилась, услышав шум внизу.
Из большого зала замка Ю доносились десятки голосов. Я различила лязг стали – доспехов, мечей и кольчуг. Внизу толпились дестриэры, их Черные Лошади зловеще поблескивали в плащах. Одни трапезничали, другие проверяли оружие. Укрытый плащом широкоплечий Хаут Роуэн стоял среди толпы. Он говорил односложно, демонстрируя превосходство.
Уголок моих губ изогнулся, когда я увидела его раненую левую руку, плотно обмотанную тканью.
– Нравится то, что видишь?
Я подпрыгнула так резко, что чуть не перелетела через перила.
Элм наблюдал за мной с легкой довольной ухмылкой.
– Прости, – сказал он. – Думал, ты меня услышала.
– Что ж, ты ошибся. – Когда принц оглядел меня с ног до головы, я сморщилась, все еще кутаясь в плащ Филика Уиллоу, потому что подол моей ночной рубашки промок от утренней росы. – Я заблудилась, – солгала я.
– И все еще не можешь найти дорогу?
– Что-то вроде того.
Принц закатил глаза и указал пальцем за собой.
– Этот коридор приведет тебя обратно через кухню в зал для гостей. Твоя комната должна быть где-то в том коридоре. Или мне позвать Рэйвина, чтобы он отвел тебя? Уверен, он будет счастлив…
– Нет, – быстро сказала я. – Сама справлюсь.
– Поторопись, – сказал Элм, спускаясь по лестнице. – Скоро отправляемся.
– Куда? – спросила я.
Но он был уже на полпути вниз.
–
– Рыночный день, – ответил он, не останавливаясь. – Надень цвета своей семьи. Ну, если отец снизошел до того, чтобы дать тебе их.
Я смотрела на свое отражение в запотевшем зеркале, пытаясь вспомнить лицо матери. Она носила длинное, богато расшитое платье бордового цвета – оттенка крови. На груди был вышит клубок золотых ветвей, которые сплетались в длинный, изящный бересклет.
После ее смерти я унаследовала это платье вместе с несколькими другими безделушками. Я взяла его с собой на Равноденствие, но уехала слишком рано, так и не надев. Оно старинного фасона, но я не жаловалась на драпированные рукава. Они помогали скрыть замотанное ноющее запястье.
Когда служанка потянулась за деревянным гребнем, я остановила ее, указав на цветочный венок на тумбочке.
– Роза подойдет, – сказала я, заплетая волосы в длинную простую косу и закрепляя цветок чуть выше затылка.
По привычке я положила амулет в карман юбки. Затем улыбнулась зеркалу, пытаясь разглядеть силу, которой не чувствовала.
Девушка в отражении улыбнулась мне, сверкнув желтыми кошачьими глазами.
Джеспир ждала возле подножия лестницы, засунув раненую ногу в плотный черный сапог. Она надела черную тунику дестриэров, а на лицо нацепила замысловатую войлочную маску того же цвета – по традиции Рыночного дня. Когда она взглянула в мою сторону, ее брови приподнялись над маской.
– Прекрасно выглядишь, – сказала она, протягивая мне руку. – Никогда раньше не видела тебя в семейных цветах.
Как всегда, улыбка Джеспир была заразительной.
– Только не взяла с собой маску, – сказала я. – Почти никогда не хожу на Рыночный день.
– Тисл что-нибудь подберет для тебя, – заверила она, предлагая руку. – Пойдем?
Мы шагнули через древний дверной проем на утренний солнечный свет. Моя маска была темно-зеленого цвета, если не считать золотой окантовки по краям. Она завязывалась шелковой лентой на затылке, скрывая лицо от бровей до середины щеки.
Впереди я разглядела Айони в кремовой маске, ее золотое платье оторочено вышивкой боярышника, символа семьи Хоторнов. Фенир и Моретта Ю стояли вместе в одинаковых зеленых плащах, на которых вышиты тисы. Хаут, который не носил маски, демонстрируя королевское лицо, сменил черный плащ дестриэров на роскошную тунику, золотые ветви нескольких выдающихся деревьев сплелись в странный, сложный узор вдоль груди, оттеняемый эмблемой рода Роуэнов.
Они с Айони стояли рядом с Элмом и Рэйвином, которые облачились в черные цвета дестриэров и надели одинаковые маски.
Когда мы с Джеспир подошли, они замолчали, обратив взгляд ко мне.
В груди разлился жар, приливая к шее и щекам. Когда никто не заговорил, Джеспир фыркнула.
– Очевидно, они никогда раньше не видели женщин.
Я старалась не смотреть на Рэйвина, меня охватывали воспоминания о прошлой ночи. Ощущение его рук в моих волосах, касание наших губ все еще оставались тенью на коже. Я чувствовала, как капитан окидывает меня взглядом. Когда я наконец посмотрела на него, то уловила оттенок улыбки, его взгляд задержался на розе в моих волосах.
Но прежде чем Рэйвин успел поприветствовать меня, Хаут преградил ему путь.
Голос верховного принца звучал выверенно и чарующе.
– Мисс Спиндл, – сказал он, протягивая мне свою неповрежденную руку.
Я нерешительно приняла ее и поклонилась.
– Ваше Высочество.
– Вы должны простить мне грубые манеры. Вчера выдался трудный день.
Принц не отпускал мою руку, пристально вглядываясь мне в лицо.
– Вы поразительны даже под этой маской, – сказал он. А затем притянул меня ближе. – Интересно, – произнес он, бросив через плечо многозначительный взгляд на Рэйвина, – что вы нашли в моем кузене?
