Мои сводные сестры переглядывались, говоря на безмолвном языке, который известен только им. От меня не укрылось, как они смотрели на Рэйвина: глаза широко раскрыты, взгляд напряжен, розовые губы приоткрыты.
Димия повернулась ко мне, увлекая за собой Наю. Когда близняшки схватили меня за руки, умоляя пройтись вокруг площади, у меня не нашлось оправдания. Я оглянулась на Рэйвина через плечо, но сестры шли быстро, их голоса звучали в моих ушах так похоже, будто они слились воедино.
Сестры вели меня по Маркет-стрит, шумная толпа Бландера двигалась вокруг нас, точно стадо пестрых овец. Я чувствовала гнев, сама не понимая причины, и готовилась к вопросам, которые, как я знала, не заставят себя ждать. И хотя сестры мои юны и в основном руководствовались фантазией, я держала их на расстоянии.
Они все еще дочери Нериум.
Димия остановила нас возле фонтана.
– Элспет, – быстро и громко произнесла она. – За тобой ухаживает Рэйвин Ю.
Я отвела взгляд.
– И?
Моргнув, Ная уставилась на меня. Ей не хватало мягкости Димии. Она скрестила тонкие руки на груди, произнося резкие слова:
– Он капитан дестриэров. Если узнает, что ты переболела лихорадкой в детстве, то спустя мгновение уже приведет целый отряд к нашему дому.
Ная слишком похожа на свою мать. Я одарила ее ледяным взглядом.
– Он этого не сделает.
– Почему нет?
Краем глаза я заметила знакомое красное свечение.
Димия теребила ногти, ее глаза горели, голос звучал мечтательно:
– Возможно, потому, что она ему слишком нравится, и он не допустит ее ареста. – Она приложила руку к груди. – Как романтично.
Красное свечение приближалось.
– Не каждая история – сказка, Димия, – сказала я.
Глаза Наи сузились.
– Тогда объясни, почему он тебя обнимал.
Но я уже ускользнула от них. Когда сводные сестры закричали мне вслед, я просто помахала рукой, следуя за высоким мужчиной с исходящим из его кармана черным и красным свечением.
Я достигла Элма в несколько прыжков. Когда вцепилась ему в руку, он подпрыгнул, расплескав половину кубка с вином.
Принц посмотрел на меня широко раскрытыми зелеными глазами. Мне едва удалось сдержать улыбку.
– У меня к тебе просьба, – сказала я, оглядываясь. – Для которой понадобится твоя карта.
Мгновение спустя Ная и Димия захихикали, как маньяки, округлив голубые глаза, и они снова издали протяжное, певучее хихиканье.
– Такой прекрасный день! – Ная сияла, улыбаясь столь широко, что я могла сосчитать все ее зубы.
– Пойдем найдем тележку с вином, – защебетала Димия, махнув нам с Элмом, а затем вместе с близняшкой ускакала с площади, красные ленты их масок мерцали в полуденном свете.
Я засмеялась, глядя им вслед.
– Глупышки.
Мимо нас прошли дестриэры, кивнув Элму, прежде чем разойтись по площади. Принц постучал по карте Косы, освобождая моих сводных сестер от ее влияния, и осушил остатки кубка.
– Как же раздражает твоя семья.
– Разве вольны мы выбирать себе родных?
Он усмехнулся, поднимая новый кубок со стола ближайшего торговца.
– К сожалению, нет.
Я не настаивала – не стала спрашивать, что побудило младшего сына короля шагнуть за грань беззакония и государственной измены, что заставило его предать собственного отца. В характере принца чувствовалась нестабильность, заставлявшая меня нервничать, и я не думала, что он доброжелательно отреагирует на нарушение личного пространства.
– Вина? – спросил он, доставая второй кубок.
– Не рановато?
– Ты намерена пережить Рыночный день трезвой? – Он оглядел прилавки, понизив голос. – Ты не видишь никаких… Ну, знаешь… Карт Чаши?
Я окинула площадь взглядом в поисках бирюзового свечения.
– Нет. А что?
– Осторожность не помешает, – сказал он, делая глубокий глоток. – Сыворотка правды – последнее, что мне сейчас нужно.
Вино оказалось слаще, чем я предполагала. Медленно потягивая его, я не сводила взгляда с движущейся толпы.
– Что дальше?
– Несколько семей получат в дар бесполезные безделушки от одного из купцов моего отца. Затем брат и несколько рыцарей будут рассказывать о торговле картами и упадке преступности, может быть, еще пройдет парад дестриэров во главе с Рэйвином. Все по-старому, все по-старому.
Я постучала пальцем по своему кубку.
– Мы могли бы сейчас быть в доме моего отца и заниматься чем-то действительно полезным.
– Хаут и дестриэры заметили бы наше отсутствие. Кроме того, – сказал Элм, делая еще один глубокий глоток, – ты, кажется, прекрасно проводишь время, воссоединившись с сестрами.
Я закатила глаза.
– Сводными сестрами.
– Чего они хотели?
– Ничего, – сказала я. Спустя мгновение добавила: – Они думают, что Рэйвин выяснит, кто я, и арестует меня.
Элм улыбнулся в свой кубок.
– Может, и не арестует, – сказал он, – но в конце концов он узнает, кто ты. Правда всегда выходит наружу.
Что-то в его голосе меня насторожило.
– Что ты имеешь в виду?
Элм повернулся ко мне и прищурился.
